Триединый 2: Клинок Средоточия

В этот момент я ощутил неловкость, потому что почти весь день мы с Келлом проторчали за столиком в уличном кафе, потягивая напитки и со скуки играя в слова.

— Мы хотим помочь, — продолжала Селия.

— Вы могли бы… — начал Дарио, но сестра не позволила ему закончить:

— Мы уже договорились, что съездим в Гелдерн за каретами.

— Их производят в Фейтране, — уточнил Дарио. — Он ближе к Карнадейлу.

— Отлично, — не смутившись, сказала Селия. — Значит, поедем в Фейтран.

— Идея хорошая, — осторожно заговорил я, — но мне боязно отпускать Фиореллу одну.

— Я могу постоять за себя, — ровно произнесла Мэльволия.

— К тому же с ней буду я! — с вызовом заявила Селия. — Пускай только кто посмеет напасть!

Я вздохнул. Даже не знаю, что пугало сильнее: угроза покушения или совместное путешествие красавиц. Учитывая, как они общались ранее… Хотя здесь, в гостинице, все вроде было спокойно.

— Что думаешь, Келл? — я взглянул на здоровяка.

Тот пожал плечами:

— У меня нет мнения по этому поводу.

— Удивительно. Обычно ты высказываешь его, даже когда не следует… Дарио, а ты что скажешь?

— Это не имеет значения, — с легкой улыбкой ответил тот. — Они уже все решили. Селия, я запишу тебе названия интересующих нас карет.

— Я и так запомню! — пренебрежительно вздернула носик рыжеволосая.

— Все же напишу, — невозмутимо сказал брат.

* * *

Девушки уехали утром следующего дня. Дарио отправился на наблюдательный пост. Мы с Келлом тоже разошлись: он впервые за пять-шесть дней пошел на работу, а я двинул к городским окраинам, чтобы арендовать какой-нибудь сарай или ангар, в котором мы могли бы оставить кареты до того момента, покуда они понадобятся.

Встретились мы вечером, в гостинице.

Келл явился первым и ожидал в холле. Я провел его в наш номер. Здоровяк тут же занял свое излюбленное место у стены и откупорил бутылку пива.

— Ты не слишком много пьешь для паладина? — поинтересовался я, переодеваясь.

— Нет, папочка, — ответил Келл.

— Смотри, дождешься у меня — лишу беспутного отпрыска наследства, — пригрозил я.

Блондин ухмыльнулся и отсалютовал бутылкой:

— Ты жестокий тиран, сгубивший мое детство!

— Я строг, но справедлив. И сейчас не шучу. Мы в любой момент можем ввязаться в драку. А скоро и вовсе придется идти на дело. Ты должен быть в форме.

— Буду, — пообещал здоровяк. — Во-первых, здешнее пиво невероятно слабое. Во-вторых, я не пью, а заливаю горе.