Маг имперской экспедиции. Том 3

Шва уже не было, а на его месте ощущалась гладкая кожа, чуть более мягкая и теплая по сравнению с кожей на другой щеке.

- А ему нельзя, - хохотнул Ярослав, - аллергическая реакция на эти зелья. На обычные зелья из ресторанов да кабаков – нет, а от аптечных плохо.

Вот и третья причина, почему Василий чувствовал себя не в своей тарелке. Даже дядя издевался над ним. Будь этот парнишка сыном старшего брата Ярослава, а не младшего, то его бы так сильно не подкалывали. Но этого Ваську свой собственный отец отправил в Боратовск, чтобы глаза не мозолил и тень не отбрасывал на род Покровский.

Толку от него было мало из-за скверного характера и полного отсутствия желания учиться хоть чему-нибудь. Поэтому дядька его брал в качестве ручной обезьянки, чтобы во время нападок скуки было над кем посмеяться и поиздеваться.

- Не откажешься, Константин?

На стол бахнулась покрытая инеем бутылка с прозрачной жидкостью. Я не успел отследить, откуда она появилась.

Без магии уж точно не обошлось.

- Немного, - согласился я, - у меня еще встреча важная. Не хотелось бы дышать на столь почтенных людей перегаром.

Только истинный аристократ может позволить себе начать утро с водки. Спешить-то все равно некуда. Катайся по городу в карете и смотри в окно – все дневные дела. Это мне нужно носиться по разным закуткам, как угорелому. А у Ярослава Покровского даже неспешный ход кареты подстроен под то, чтобы не мешать процессу трапезы.

- Эти важные люди и внимания не обратят на перегар, - отмахнулся Ярослав с пренебрежением, - Августу мало до чего есть дело. И чей-то неопрятный вид волнует его в самую последнюю очередь. Его и свой вид не особо-то заботит.

На стол легли две хрустальные рюмки. Василий недовольно покосился на дядю, который едва сдерживал ехидную ухмылку.

- Ваське пить нельзя, - сообщил мне Ярослав.

Парень покраснел то ли от злости, то ли от стыда за какие-то не совсем приглядные поступки, о которых дядя решил умолчать.

Мы приступили к трапезе.

Я до конца не понимал, что Ярославу от меня нужно. Он не рассказывал о цели нашей беседы, вместо этого болтая о чем угодно. Слова о моей встрече с графом Тетеревым воспринял спокойно и предложил подвезти прямо к особняку. Меня учили не подсаживаться к неизвестным дядям в машину, но об этом я благополучно забыл.