Дрейф-механик

— Уютное креслице, — буркнул я. — Почти как у Вещуна.

— Ну, я же предупреждал — нюансы имеются. Справедливости ради — воздействие будет кратковременным. Мы не пытаемся привязывать луну к разуму, как это делают вивисекторы, подобные Вещуну. Я лишь на пару минут блокирую вашу волю, чтобы получить честные ответы.

Он прикоснулся к верхней скобе. Мне в голову как будто скользнули ледяные тонкие щупальца — и я замер с полуоткрытым ртом. Ответная реплика, которую я готовил, буквально застряла в горле. Произнести что-либо без приказа или соврать казалось теперь кощунством запредельного уровня.

Даже мысль об этом бросала в холодный пот, вызывала физиологическую брезгливость.

— Где вы родились, Солодов? Как ваше настоящее имя? Отвечайте по возможности коротко и конкретно.

— Не помню, луноликий. Простите. Нынешнюю фамилию я получил от моих здешних опекунов. Сословный статус — от них же.

— Почему вы считаете, что пришли из другого мира?

— На мне была одежда из неизвестных материалов. В карманах — загадочные предметы.

Явно технические, но их назначение я не знаю.

— Кто подослал вас в Дом Клёна?

— Никто. Это был мой выбор.

— Вы собираетесь причинить какой-либо вред Кленовому Дому? Или конкретным людям, которые ему служат?

— Ни в коем случае.

— Почему вы обратились именно к нам?

Я хотел ему объяснить, что моё решение было чисто ситуативным, но вдруг запнулся. Сообразил — подобный ответ прозвучит вызывающе и цинично. А более подходящую формулировку я, как назло, подобрать не мог, отказывали мозги.

От этих усилий мне стало дурно, я ощутил тошноту и головокружение. Сознание уплывало.

Кормильцев, наблюдавший за мной, поморщился от досады и отодвинул скобы от моей головы. Ледяные щупальца выскользнули из разума. Дурнота отступила, и понемногу стала возвращаться способность к критическому мышлению.

— Негусто, — констатировал он. — Вы слишком быстро начали отключаться, не прошло и минуты. Может, это из-за того, что у вас повышена восприимчивость к лунной тяге. Тоже, кстати, косвенный довод в пользу вашей инаковости…

— Ага, — сказал я с сарказмом, — очень обидно, что не смогли поболтать подольше.

Интеллигентная получилась беседа.

— От имени Дома Клёна приношу вам официальные извинения за вторжение в разум. Поверьте, такие методы не доставляют мне удовольствия. Но ситуация действительно сложная. К тому же напоминаю — вы добровольно согласились на процедуру.

— Да, согласился. Ваше условие выполнено.

— Первое из двух.

— Боюсь даже представить второе.