Магистр Д.У.М.

Я видел, что случилось с моей матерью. Как она из красивой и улыбчивой женщины превратилась в бледную больную тень. А потом…

Р-р-р. Лучше не думать об этом.

Смотрю на свои запястья и действительно вижу там парочку тонких белых шрамов. Они почти незаметные. Но если шрамы остались даже после исцеления, то раны наверняка были глубокими.

Что интересно, порезы были сделаны не поперёк, как делают страдающие эмо, а вдоль. Димка мастерски рассёк себе вены.

Если, конечно, он действительно это сделал. Но если сделал — нафига потом в больницу побежал? Испугался и передумал умирать?

Очень любопытно.

Теперь не успокоюсь, пока не докопаюсь до правды.

— Ты там в порядке? — спрашивает Павел. — Почти приехали.

— В порядке, — отвечаю. — Обдумываю то, что ты мне рассказал.

— Пища для размышлений есть, да?

— Ага. И не то чтобы вкусная.

— Да уж, не завидую. Так себе персонаж тебе достался для переселения, — Садюга поворачивает машину и показывает пальцем. — А вот и твой дом. Бывший.

Перевожу взгляд и вижу современную блестящую высотку, где на восемнадцатом этаже расположен пентхаус магистра Дума.

Аж сердце сжимает от горя. Такая хата охренительная, очень жаль терять.

— Не издевайся! — пихаю Павла в плечо. — Садист проклятый. Я ж понимаю, что теперь не смогу там жить. Хотя… Слушай, а если я своим старым почерком накалякаю завещание? Сможем задним числом заверить у юристов? У тебя же связей до хрена.

— Я закон не нарушаю.

— Кому ты это рассказываешь? — ухмыляюсь я.

Садюга смотрит на меня и цокает языком.

— Ладно, посмотрим. Пока что просто поднимешься и возьмёшь необходимое. Много не нагребай, понял? — строго спрашивает Павел, глуша машину.

— Да я только деньги возьму и пару артефактов, — говорю я, вылезая на улицу. — Ты, кстати, не сказал — кто-нибудь из Братства пытался на мою квартиру проникнуть?

— Нет, — отвечает Садист, захлопывая свою дверь. — Иначе я бы тебя сюда не привёз.

И как только он это говорит, раздаётся взрыв. Мы с Пашей оба задираем головы вверх.

Конечно, кто бы сомневался.

Огненный цветок расцветает под самой крышей дома, в пентхаусе на восемнадцатом этаже. Следом за огнём из выбитых окон валит чёрный дым.

— М-да, — говорит Садист. — Кажется, они как раз пришли.

Глава 13. Пепел.

Не дожидаясь реакции Садюги, несусь вперёд.

— Стой, придурок! — доносится вслед.

Хрен тебе, а не стой! Моя любимая квартира пылает! Мои деньги, вещи! Мебель, сука, итальянская!

Во дворе моментально собирается толпа зевак.