Романтизация зла

Местечко романтичным назвала бы каждая девочка, поэтому и моя сегодняшняя спутница не могла оторвать взгляда от роскошества, заполняя лёгкие свежим ароматом цветов.

Мы уселись за стол под крышей.

– Как дела в университете? – спросил я, изображая искренний интерес к её персоне.

– Неплохо, – ответила она. – Скоро предстоит сдать важный экзамен, и волнение небольшое есть.

– Тогда, думаю, чашечка кофе в моей компании немного поможет тебе расслабиться. Я не могу забыть, как ты вливала в себя литры кофе, когда мы приезжали к вам в Амершем.

Она засмеялась, прикрывая ладонью свой рот. Я возжелал запротестовать и убрать её руку с лица, чтобы ничто не закрывало мне обзор на её пухлые губы, в которые хотелось вцепиться зубами.

И рвать, рвать, рвать, до крови…

Горничная принесла на подносе две чашки с горячим напитком, а кроме того догадалась захватить ещё и десерт – два винных бокала с клубничным трайфлом[2 - Трайфл – традиционный английский десерт, представляющее собой бисквитное тесто с заварным кремом, фруктовым желе и взбитыми сливками, расположенными в десерте послойно.

]. Что касается меня, то я из сладкого предпочитал только таких вот девочек как Жаклин, поэтому десерт оставил на съеденье ей одной.

– Прошу, – по-джентльменски подтолкнув в её сторону кофе и бокал со сладким, сказал я. – Угощайся. Держу пари, этот десерт поднимет тебе настроение перед экзаменами.

– Спасибо, Энтони, – сказала она и обхватила своими длинными изящными пальцами чашку.

– Всегда пожалуйста. Я всё ещё помню о твоей особой страсти к сладостям. Равно как и к кофе. Должно быть, ты отчётливо помнишь нашу прекрасную ночь на Примроуз-хилл? Тогда мы, кажется, выпили целый литр и закусывали пирожными.

Слово «ночь» полилось из моего рта как сладкое вино прямиком в уши Жаклин. Это слово связывало нас с нашим первым поцелуем; мне тогда пришлось изрядно попотеть, чтобы перебороть своё желание трахнуть её прямо там, на зелёной свежей траве, пока вокруг время проводили такие же парочки.

В памяти Жаклин та ночь так и осталась «нашей ночью любви», а в моей – как изящный обман очередной девочки. Я помню до сих пор то, как Жаклин была очень в себе не уверена; наверное, полагала, что такой как я заслуживает девушки роскошнее неё. Или, может, просто ломалась, строя из себя недоступную.