Эпоха Опустошителя. Том II

Лейтенант я или погулять вышел?

– Надеюсь на вас, командир, – с робкой улыбкой отозвался практикант.

Но в целом он прав. Их много. Зараза паскудная! А ведь как всё начиналось? Вроде бы, нормально…

– ЙОРГОС И МАРИЯ… – рявкнул я. – ВЫ ПЕРВЫЕ!

Барьер в последний раз дал трещину и начал разваливаться на куски, словно от удара битой по стеклу, а секунду спустя в образовавшуюся брешь тотчас повалила волна тварей.

– ОГОНЬ!

***

Царство Аделлум.

Дальний рубеж.

Бастион Западный Предел.

Кабинет заместителя крепости.

Десять часов назад…

Через полчаса я уже стоял посреди кабинета и без какого-либо интереса рассматривал вполне сносную и по-своему суровую обстановку. Судя по скудному количеству вещей, капитан являлся жутким минималистом.

Такое я уважаю.

Весь мой отчёт занял не более пяти минут. Местами пришлось рассказать пару деталей и подробностей, но в остальном тот лишь молчал и слушал. Не было никаких приказов или же криков. Хемах даже голос не повысил. На миг показалось, что тот и вовсе оказался чем-то доволен.

Видимо, кое-кто тоже метит в управители. В принципе место начальника крепости мне не сдалось до скончания веков, но если это положение будет занимать кто-то более лояльный, то так станет только лучше в будущем.

– Ты поступил опрометчиво, – сухо заключил Мастир Клинка, но взгляд его по-прежнему выражал удовлетворение. – Очень опрометчиво.

– Чем мне это грозит? – с ленцой осведомился я, потому как после выплеска эмоций настроение улучшилось против моей воли.

– Ходи и оглядывайся, – расплылся тот в коварной усмешке, а затем в демонстративной форме коснулся многофункционального браслета на руке, тем самым активируя полог тишины.

– Беренгар редкостная мразь, потому как вечно интерпретирует приказы по-своему и ему многое сходит с рук, ведь наиглавнейшая мразь – это управитель, который постоянно прикрывает своих подчиненных лейтенантов и весь состав.

– Подробности случившегося будут? – с наигранным интересом спросил я.

– А их толком и нет, – развёл капитан руками.

– От разведки действительно поступила информация, что кто-то из местных передаёт данные Иерихону. Однако Беренгар перегнул палку. Лазутчиков тут пруд пруди, но никто так просто не позволит Жейду вырезать целую деревню, хоть и якобы «враждебную». Само собой, это касается только жизни местных, а не их имущества и нажитого добра. Да и какой прок от убийства стариков и брошенных детей?

– Никакого, – холодно отрезал я.

– Ранкар, я не мясник и никогда им не был. Я воин.