Аспект белее смерти

Ниже шла подпись: «Наводчик», а награду заявили ни много ни мало в пятьдесят целковых!

Пять червонцев за этого сопляка?! У меня чуть глаза на лоб не полезли. Это во что такое Пыжик умудрился вляпаться, если за его голову такие деньжищи посулили?!

Охотник на воров потянулся и аккуратно вырвал лист из сшива.

— Это как? — опешил я.

— Нашли его, — пояснил Горан. — На днях из реки выловили.

Вот тут у меня окончательно голова кругом пошла. Нет, сразу ясно было, что тот охотник на воров со своими драными шавками неспроста Пыжика искал, но тут совсем уж паскудно дело начало складываться.

Надо будет непременно с Лукой на этот счёт потолковать. Что-то было не так. И я даже начал догадываться — что именно.

Ну а потом в шестом или седьмом альбоме по счёту на глаза попалась хмурая физиономия Яна Простака. На сей раз Горан Осьмой с места не сдвинулся, но я неведомым образом осознал, что вновь чем-то себя выдал, и юлить не стал, отодвинул альбом со словами:

— Этот!

Глава 15

4-2

На Заречную сторону я вернулся уже ближе к вечеру, там перво-наперво заглянул на задворки «Золотой рыбки».

Скучавшие на пустыре босяки играли в чику, мы с Хватом присоединились к ним и набили мелочи. Немного, но хоть не впустую день прошёл.

Правда, чуть язык не отсох, пока о вчерашней драке рассказывал, но тут уж ничего не попишешь — вроде как прославился. Оно и неплохо даже, теперь не каждый дёрнуться рискнёт.

— Айда завтра на базар! — предложил Хват, пересчитывая выигранные медяки.

— Там всяко больше слупить получится!

— Можно, — кивнул я и потратил свой грош на лепёшку с жареными овощами и курицей.

Как ни крути, с самого утра и маковой росинки во рту не было, живот к хребту присох. Остававшуюся с небесного прилива снедь давно схарчили, а ужин ещё нескоро. Не дотяну.

Пошёл домой, но в Соломенном переулке привязалась детвора.

— Серый, Серый, а покажи фокус!

— С монетками!

— Нет, с верёвочками!

— Ну покажи!

Час был не самый поздний, поэтому задержался ненадолго, развлёк мелюзгу.

Потом ещё с их старшими потрепался, а в Гнилом доме первым делом поднялся на чердак и переоделся. Заодно достал из тайника прихваченные в доме звездочёта листы и в очередной раз перечитал записи — где пытался разобрать непонятную вязь букв, где пробовал вникнуть в смысл мудрёных словес, но особо ни в том, ни в другом не преуспел. Возникла даже мысль взять один из листков к Дане, но сразу отказался от этой затеи, решив не рисковать.