Аспект белее смерти

— Гороховские со ждановскими схлестнулись, — пояснил тот. — Филю крепко подрезали, еле ушёл.

Судя по протянувшейся к ближайшему переулку цепочке кровавых отметин, порез и вправду был серьёзней некуда, вот и мелькнула мысль, что всё у меня было просто-таки замечательно, пока чисткой обуви промышлял. О-хо-хо...

После базара я заглянул к двоюродному братцу, вручил ему деньгу и битый час вникал в премудрости завитков, коими выводились и соединялись между собой прописные буквицы. Потом двинул в Гнилой дом, а только повернул к подтопленной улочке и сразу прибавил шаг: у сараев на краю болота Лука о чём-то толковал с тремя черноволосыми и кудрявыми типами в красных рубахах, расписных жилетках, просторных штанах и кожаных полусапожках.

Фургонщики!

Ох ты чёрт! Видать, скрипач нажаловался!

Впрочем, пока что на крик и ругань никто не срывался, да ещё за разговором следил лузгавший семечки Сыч, а чуть поодаль расселись на брёвнышке босяки из Соломенного переулка. Чужаков на Заречной стороне всем миром бьют, случится драка — подсобят.

Вот только где фургонщик, там и нож, а эта троица на хлюпика-скрипача нисколько не походила. Двое молодых были жилистыми и резкими, а дядька средних лет, шевелюру и курчавую бородку которого уже тронула седина, хоть и набрал вес, но шириной плеч и мускулистыми руками напоминал кузнеца.

— Да как не видел?! — рыкнул фургонщик на Луку, когда я подошёл и встал рядом. — Он вашу девку увести собирался!

Увести? Вот тебе и лучшие подмостки Поднебесья!

Меня будто что-то толкнуло изнутри, и я опередил подбиравшего слова Луку, резко бросив:

— Кому девка, а кому сестра!

Один из молодых немедленно шикнул на меня:

— Умолкни, щегол!

— Кому щегол, а кому и оброк плачу!

Рука парня скользнула под жилетку, но седой одёрнул его, а мне пригрозил:

— Побольше уважения! За иные слова языки отрезают!

Я оттёр плечом Луку и оскалился.

— Точно хочешь об уважении поговорить? Пришли к нам без приглашения, назвали меня щеглом, нашу сестру — девкой, ещё и увести её хотели, будто кобылу украсть! Может, старших нас рассудить попросим?

Молодчики напряглись, на лице седобородого дядьки заиграли желваки, он даже быстро огляделся по сторонам, но в итоге всё же сдал назад.

— Я племянника ищу. Видел его?

Меня так и подмывало послать фургонщика к чёртовой бабушке, не знаю даже, как с этим порывом совладал. Но — совладал.

— Из ваших в последние дни только скрипача видел.

— Где и когда? — потребовал ответа дядька.