Аспект белее смерти

Ниже по течению Чёрной располагалась Пристань, откуда выбиралось на промысел всяческое жульё, а вот в той округе народ обретался всё больше зажиточный, поэтому в дворники нанимали крепких молодых мужиков, которым привычней было протягивать палками по хребтинам всякий приблудный сброд, нежели мести мостовую. Босяков они тоже гоняли, но сегодня приподнятое настроение царило и на Червонном бульваре; какая-то деваха даже вручила мне спелую грушу.

Увы, нормальная мостовая заканчивалась на том берегу реки, с нашей стороны дорога мало чем уступала трясине, а на деревянных мостках было не протолкнуться от прохожих.

Пришлось сворачивать в проулочек, под ногами тут же зачавкала грязь. Только это было ещё полбеды — на обычно безопасных перекрёстках сегодня толпились шумные компании, и если подвыпившие дядьки покуда никого не задирали и просто чесали языками, то пацанва от втихаря выпитого вина будто сдурела. Пришлось петлять и пробираться в свою округу через кварталы, где либо знал кого-то из старших, либо тамошние заправилы приятельствовали с Баженом или хотя бы не были с ним на ножах. И так цеплялись, конечно, но отбрехался.

В итоге вывернул к «Трём жбанам». Там выставили на улицу длинные столы и даже накрыли их немудрёной снедью, а вот пиво и вино, не говоря уже о чём покрепче, наливали за деньги. Разносчицы сбивались с ног, поэтому к обслуживанию выпивох привлекли местных босяков.

— Лещ! — перехватил я взмокшего парнишку. — Погодь!

— Чего тебе, Серый?

— Вопрос есть.

— Некогда!

Я намеревался приберечь грушу для Рыжули, но тут уж деваться было некуда, сунул её пареньку.

— Помнишь, я сюда на днях приходил, меня ещё Лука в кабаке ждал?

Лещ впился зубами в грушу и кивнул.

— Было такое. А что?

— Мы как вышли, тут извозчик стоял. Кого-то из ваших за ним гоняли?

Всякое подобное поручение неизменно приводило к сваре при последующем дележе вознаграждения, такое запоминается надолго, но Лещ замотал головой.

— Не-а! Он сам прикатил.

— Привёз кого?

Паренёк вытер губы рукавом рубахи.

— Да просто приехал и встал! А тебе что с того?

— Груша вкусная?

— Сочная, — с ухмылкой ответил Лещ, сунул остатки в рот и усиленно заработал челюстями.

Но не испугался того, что я потребую угощение назад, просто не захотел делиться с приятелем.

— Ну ты жила! — возмутился подступивший к нам паренёк. — Оставить не мог?!

— Да Серый мне огрызок дал! — соврал Лещ, а после развёл руками. — Короче, не знаю, что он тут забыл.

— Кто? — полюбопытствовал его дружок.