Аспект белее смерти

— Да извозчик! Помнишь, Воробушек на заднем борту экипажа углём уд нарисовал?

— А-а! Было дело! Ох и крыл его дядька! Так и не стёр ведь, только размазал!

Разговор наскучил, я попрощался с пацанами и отправился на поиски босяков Гнилого дома. На болоте сейчас точно никого не застать, да и вечер, можно сказать, уже начался — скоро к Бажену на поклон идти. А дальше — толковище.

Меня передёрнуло.

Глава 10

3-5

Луку я не нашёл, раньше наткнулся на Хвата. Он тоже заметил меня, подошёл и на вопрос об остальных сказал:

— Все у «Золотой рыбки» уже.

— А ты чего?

— Дела были, — неопределённо пожал плечами жилистый паренёк с бритой наголо головой. — Айда к нашим?

— Пошли.

Мы шагали по улице, кому уступая дорогу, а кого и заставляя потесниться. Но пусть и шли по своей округе, так уж откровенно не задирались. И рыбы тут водились позубастей, и новые проблемы нам совершенно ни к чему, со старыми бы разобраться.

— Лука со всеми? — уточнил я, внимательно поглядывая по сторонам.

— Не-а, — покривился Хват.

— Как утром с Яром куда-то утопал, так и не объявлялся больше. — Он помолчал и добавил: — Не нравится он мне.

— Лука? — пошутил я.

— Да ну тебя! — фыркнул паренёк. — Приблудыш не нравится. Мутный он какой-то. Мягкий. Будто и не босяк вовсе, и не фабричный даже, а лавочник.

Я только плечами пожал.

— Был бы лавочником, к нам бы не полез.

— Не нравится он мне, — повторил Хват, мрачно глядя себе под ноги.

«Золотая рыбка» была паршивенькой харчевней неподалёку от Чёрного моста, владел которой Бажен.

В свободное время он сиживал там в задней комнате с ближниками, поэтому на задворках вечно ошивались ходившие под его рукой босяки — одни дожидались поручения отнести записку или срочно куда-то сбегать, другие просто коротали время, играя в пристенок, орлянку или чику. От нас там тоже всегда кто-то тёрся, благо до Гнилого дома было рукой подать.

Зады харчевни выходили на просторный пустырь — дальше высились сараи и начинались огороды, а вот на вытоптанную до каменной твёрдости землю никто не претендовал.

Здесь устраивали толковища окрестные босяки, а по праздникам на улицу выносились столы, все пили и плясали до упаду. Ну и дрались, конечно, не без этого.

На углу мы наткнулись на Угря со товарищи, тот лишь кивнул и лезть под кожу не стал. Оно и понятно — тон здесь задавали жулики из шайки Бажена и других помельче, которые он подмял под себя. Да и подвыпившие дядьки запросто могли надавать обнаглевшим босякам по шее. А ткнуть в ответ ножом — нельзя.