Аспект белее смерти

Отошёл, осмотрелся, углядел парочку босяков и поспешил к ним.

— Беги за Лукой! — скомандовал Сивому.

Белобрысый паренёк растерянно захлопал глазами, я ухватил его за ворот и притянул к себе.

— Живо! — После толкнул в грудь и сказал Гнёту: — Мелких настропали на рывок.

— Чего ещё? — выпятил босяк губу.

Я оскалился и прошипел ему в лицо:

— Со скрипачом монетами делиться собрался?!

Судя по смуглой коже, крупному носу и чёрным как смоль кудрям, музыкант был из фургонщиков, я это сучье племя на дух не переносил, ну а Гнёту так и вовсе было без разницы, в чей карман запускать руку.

Он понимающе округлил глаза, пообещал:

— Сделаю! — И начал спешно проталкиваться через толпу.

Зрители взорвались смехом, я нервно оглянулся, но обратно не полез и остался дожидаться Луку. Вот только вместо него Сивый привёл Хвата.

— Лука где?! — разозлился я.

— Он у Бажена, нас оттуда погнали, — пояснил Хват. — А что случилось?

— Гнёт объяснит, — сказал я. — Дуйте к нему! Ждите!

Сам с ними не пошёл и побежал вокруг сарая.

Тот был длинным, а к его торцу сразу примыкал следующий, но между стенами оставался неширокий зазор, вот по нему я к терзавшему скрипку музыканту и подобрался. Фургонщик так разошёлся, что не обратил на меня никакого внимания, а зрителям и подавно было не до того: они со смехом наблюдали за попытками усатого молодчика обнять отплясывавшую с бубном Рыжулю.

Мне — нет, мне смешно не было. Пока что девчонка ускользала от пьяненького усача, но игрой на публику его приставания уже не были.

Движения становились резче, ухмылка — злей.

Молодчик попытался задрать Рыжуле подол платья, и я едва сдержался, чтобы не накинуться на него с кулаками. Вместо этого подступил к скрипачу и пихнул его в спину. От неожиданности музыкант шатнулся вперёд, налетел на усача и оттёр того от девчонки. Я тотчас схватил Рыжулю за руку и рывком втянул её в зазор между сараями.

— Бежим!

Мелкие тут же кинулись собирать с земли монеты, а Сивый, Гнёт и Хват взялись их прикрывать, ну а я потащил за собой Рыжулю, благо девчонка не стала упираться и со смехом побежала следом.

Сразу за сараями начинались огороды, мы рванули вдоль плетня, домчались до прохода вглубь участков и припустили по нему со всех ног. Вновь повернули, и я увлёк Рыжулю в кусты.

— Тише ты! — шикнул на девчонку. — Не ржи!

Но — нет, никто не ломился вдогонку. Вроде нет. А если даже и попытаются отыскать — пройдут мимо и не заметят. Смеркалось, за густой листвой нас никому не углядеть.