Аспект белее смерти

Внешне они казались полной противоположностью друг другу, а на деле были одного поля ягоды. Живоглоты.

Ну и ещё пяток жуликов по лавкам расселись, знал всех — эти были просто на подхвате.

Лука пихнул меня в бок, а сам, повинуясь жесту Бажена, опустился на лавку. Угощением его обделили и пива не налили, но пригласить за стол — пригласили. Меня — нет.

Я стянул с головы картуз и пробормотал:

— Вечер добрый!

Бажен хмуро глянул, приложился к оловянной кружке и потребовал:

— Говори!

— А чего говорить-то? — пожал я плечами, больше даже изображая смущение, нежели испытывая его на деле.

— Шёл по рынку, привязались босяки с Угольного тупичка, ну мы и схлестнулись...

— Не юли! — потребовал Пламен и резко прищёлкнул пальцами.

Огоньки свечей в стоявшем перед ним подсвечнике враз вытянулись, став в ладонь длиной. Я чуть рот от изумления не разинул.

Бажен погрозил мне куриной ножкой и сказал:

— Кто драку затеял?

— Они! — уверил я собравшихся и поспешно добавил: — Да правда они! Зуб даю! Меня Жучок окликнул, я обернулся и слова ему ещё сказать не успел, как от Лешика в грудь получил.

А кто-то из мелких подножку поставил. Трое их было.

— И вот так — без разговоров?

— Да ржали они чего-то. Я обернулся разобраться и сразу выхватил. Может, пошутить решили, только несмешно получилось.

— Точно они первыми начали?

— А на кой чёрт мне одному троих задирать?

Бажен прищурился.

— Так ты не один был! Вот скажи, кто Жучка спицей ткнул?

— Девчонка из наших ткнула, только она в драке не в счёт!

— А чего её с собой не привели? — заинтересовался Волче, хрустнув сбитыми костяшками.

— В драке девка, может, и не в счёт, но язык-то у неё есть! Подтвердила бы твои слова!

Тут впервые подал голос Лука.

— Язык без костей, за словами следить не умеет, — веско произнёс старший Гнилого дома. — Ей на толковище голову заморочат — сболтнёт чего, мы ещё и крайними останемся!

Бажен кивнул, и, повинуясь его жесту, Кудрявый наполнил оловянную кружку из стоявшего на столе кувшина с пивом и передвинул её Луке.

Тот явственно воспрянул духом и спросил:

— Толковище в лодочном сарае будет?

— Там, — подтвердил Бажен и резким движением пальцев сломал куриную кость. — Смотри, Лука, я за вас вписался. Если насвистели и сами виноваты, три шкуры спущу, чтобы другим неповадно было!

От нескрываемой угрозы в голосе главаря стало не по себе, на миг я даже пожалел, что поддался на уговоры Луки, но сразу вспомнил недавний поцелуй и укорил себя за мимолётную слабость.