Дарт Лонгботтом

— Здравствуй, Молли, — в свою очередь дружелюбно кивнул Шив. — Я смотрю, ты тоже провожаешь детей в Хогвартс?

— Сразу четверых! — гордо произнесла женщина.

Палпатин удивлённо приподнял брови.

— Как быстро время пролетело. Я смотрю, вы с Артуром решили не останавливаться на близнецах?

— Ты же знаешь, я всегда хотела девочку, — ухмыльнулась женщина. — Упрямство Прюэттов не позволило мне сдаться.

— Да, ты и раньше была очень решительной, — рассмеялся Палпатин. — А как там Артур? По-прежнему увлечён маггловскими железяками?

Рыжеволосая женщина закатила глаза.

— Ты представляешь? Он даже зачаровал маггловскую повозку лишь для того, чтобы показать детям вокзал простецов. Вот только забыл, что её нельзя бросать прямо на ступенях, у всех на виду. Поэтому он сейчас пытается пристроить её на стоянку и накладывает «Конфундус» на местных бобби. Столько ненужной суеты! Как будто нельзя было спокойно пройти сюда камином прямо из дома.

— Зато тогда бы мы не встретили самого́ Гарри Поттера, — пропищала рыжеволосая кроха, которая всё это время выглядывала кого-то в толпе.

— Смотри, мам! Рон уже где-то испачкал лицо и сейчас полезет в вагон с грязным носом!

Женщина чуть не подпрыгнула и тут же начала протискиваться к сыну сквозь толпу, напоследок крикнув Палпатину, чтобы тот заходил в гости. Шив усмехнулся и наконец вышел на маггловскую сторону вокзала, где в этот момент тоже было многолюдно. Он собирался заранее побывать в том ресторане, в котором предложила собраться Амелия Боунс.

***

Пожилой мужчина с морщинистым лицом и аккуратно подстриженной щёточкой усов недоверчиво смотрел на движущуюся фотографию Фрэнка Лонгботтома. Тот о чём-то разговаривал с хогвартским лесником в момент снимка и, как казалось мужчине, зловеще улыбался. То, что мерзавец сумел очнуться, стало самой ужасной новостью последних лет. Ведь теперь Лонгботтом непременно захочет отомстить всем, кто был виновен в его состоянии. А это значило, что рано или поздно дотошный аврор узнает его тайну, и тогда конец всему.

Жертва жены окажется напрасной, сына скормят дементорам, а на его карьере можно будет поставить крест. А ведь мужчина всё ещё мечтал когда-нибудь стать министром.

«Надо что-то делать, — прохрипел в тишине гостиной человек, суетливо барабаня пальцами по столу. — Я не могу рисковать будущим рода. Надо найти кого-нибудь, готового за золото разобраться с мордредовым Лонгботтомом».