Возвращение Безумного Бога 4

Его мощный Дар Одаренного позволял вливать в заклинания дополнительную Силу, отбрасывая врагов. Попутно он умудрялся поддерживать полубессознательного Лебедева. Парень получил ожог всей поверхности тела, но каким-то образом выжил… Вот что значит живучесть Одаренного.

Волков орудовал клинком, стремительно кромсая монстров на ледяные глыбы. Его движения были точны и выверены, в них чувствовалась многолетняя практика. Время от времени он швырял в особо назойливых тварей флакончики с алхимическим огнем, заставляя их шипеть и плавиться.

Перчинка посылала в ряды чудищ мощные ментальные удары, дезориентируя и обращая их друг против друга. Ее глаза горели решимостью, губы беззвучно шептали слова Силы.

Сахаринка и Вафелька действовали в связке, дополняя друг друга. Старшая сестра выпускала из рук длинные энергетические жгуты, опутывая монстров и лишая их подвижности. А младшая Вафелька, подхватывала обездвиженных тварей и с силой швыряла в их же собратьев, круша целые ряды.

Эмми, в свою очередь, прикрывала наш тыл.

Она создавала в воздухе пылающие огненные сферы и с боевым кличем метала их в наседающих монстров. Чудовища вспыхивали, испуская пронзительный визг. Жар от ее чар был таким, что плавился даже укрепленный Бездной лед.

Лилия носилась то тут то там, огрызаясь на монстров, разбивая их мощными ударами.

Ну а я не переставая выпускал из ладоней сгустки Бездны, прожигая монстров насквозь. Попутно я подпитывал силой защитный купол вокруг отряда. Приходилось задействовать весь свой богатый арсенал.

Перегруз в моих духовных потоках разогнался на полную.

Но как бы мы ни старались, твари все прибывали. Впереди показалась дверь алхимического цеха, но она была почти полностью заморожена. Монстры обрушились на нас с утроенной яростью, словно понимая, что мы у цели.

Где там Айсштиль, Настя и Никодим с Гарыном? Надеюсь, с ними всё хорошо…

— Громов, Волков, прикройте нас! — крикнул я, на ходу призывая Жар Бездны. — Девочки, помогите мне с дверью!

Мы вчетвером встали перед ледяной глыбой, что некогда была дверью, и обрушили на нее мощь своих даров.

Эмми плавила лед огнем, Перчинка и Сахаринка скалывали его ментальными ударами, а я прожигал кипящей Бездной.

Позади нас Громов и Волков отбивались от наседающих монстров, не давая им приблизиться. Они уже тяжело дышали, но держались стойко, прикрывая друг друга.

Наконец, с оглушительным треском ледяной монолит раскололся, и мы ввалились внутрь.