Реванши́ст

Старые привычки умирают с трудом, а?

— Это последний раз, когда ты так говоришь про моего сына. Понял? — прорычал Викто́р, его дыхание было тяжелым и прерывистым. — Или клянусь тебе, старая сволочь, я тебя убью.

— Понял, прости, — Гурат поднял руки в примирительном жесте.

Хватка старого трактирщика разжалась, и ноша плюхнулась обратно.

— Но и ты меня пойми, — продолжил Жан после паузы, его голос стал мягче. — Луи вляпался в такое дерьмо, что мне одному не расхлёбывать. А я дал слово.

— Как дал, так и забери.

Не первый раз, как я помню, — в тоне бывшего прапорщика уже не было прежней злости, а только усталость.

— Я. Дал. Слово. Капиш?

— Ты. Не я. Но раз уж ты так просишь за парня, то я посмотрю, что с ним можно сделать…

Глава 20 - Столько причин, не могу выбрать

Город готовился к празднику.

К какому именно Андрэ не имел понятия, да и не особенно горел желанием это выяснять. Украшать дома и улицы местные начали где-то за пару недель, и было это весьма неожиданно. То там, то тут в городе появлялись растянутые гирлянды и разноцветные цветки из тонкой ткани, колыхавшиеся на прохладном осеннем ветру.

Постепенно украшений становилось все больше и больше, пока наконец весь город не окунулся в праздничную суету. Даже воздух, казалось, пропитался ароматом корицы и печёных яблок. Кое-где к этим ароматам добавлялся еще и приятный запах теплого вина с пряностями.

В торговом районе было не протолкнуться, а торговцы, как и полагалось, взвинтили цены словно безбожники.

Как-то тихо и незаметно предпраздничная суета добралась и до «Серебряного гуся».

В один из дней, пока Жан и Андрэ были в городе, трактир быстро обзавелся целой кучей традиционных украшений и гирлянд. Стены обвили виноградные лозы, а с потолка свисали красные фонарики.

— К какому празднику все готовятся? — спросил между делом Андрэ, рассматривая новый декор.

Он и не надеялся на ответ, но к его удивлению Жан, немного помедлив, произнес:

— Последний день осени.

Старик, погладил свою седую бороду, и протопал к столу рядом с окном, который они всегда занимали.

Для меньшей заметности в зал Жан и Андрэ приходили, когда тот пустовал, все же остальное время они старались не сильно светиться.

— Здесь это весьма серьезный и почитаемый праздник, — пояснил старик. — Отдыхать город будет дня три, а кое-кто и всю неделю.

— Неделю? — в такое как-то не верилось.

— Да, чем ты так удивлен? Тут, по сути, таких масштабных всего два — День начала весны да Последний лист осени.