Реванши́ст

— В голосе Викто́ра звучала гордость пополам с усмешкой. — Сейчас принесу посуду, и ты попробуешь.

Вернулся толстяк через пару минут с тремя небольшими хрустальными рюмками и потрепанным ножом для вскрытия бутылок. Он быстро расставил перед гостями рюмки и сел рядом с Андрэ.

— Ты же вроде был сильно занят, — с усмешкой произнес Гурат и покосился на перепутанные украшения на соседнем столе.

— Плевать, заставлю Карла, — хозяин тяжело вздохнул и протянул нож Жану. — Открой. У тебя ловчее выйдет.

Того лишний раз уговаривать не пришлось: он выхватил из рук старого друга бутылку, перехватил поудобнее и ловким взмахом руки срезал толстый сургуч, запечатывающий горлышко.

Чувствовался опыт, печать слетела сразу и полностью. Тут же обеденный зал наполнился приятным ароматом чего-то очень крепкого и очень яблочного, с нотками дубовой бочки и карамели.

Старый солдат осторожно вдохнул ароматные пары и улыбнулся, прикрыв глаза от удовольствия:

— Что это за божественный нектар?

— Кальвадос, — ответил хозяин и тут же пояснил: — местные монахи делают на продажу.

Весьма неплохо делают, как по мне, но ты и сам сейчас все оценишь. Наливай. Только Андрэ не очень много плесни, а то с непривычки свалится.

Бутылка описала короткий круг по столу, разлив янтарное содержимое по рюмкам. Жидкость красиво заиграла в свете свечей.

— Ну, посмотрим, что тут такого, — произнес Жан и опрокинул в себя напиток одним уверенным движением.

В следующие несколько секунд лицо его изменилось аж несколько раз, меняясь от пораженного до вполне довольного.

Проглотив, Гурат с удивлением взглянул на хозяина. Как следует прокашлявшись он сдавленно произнес:

— Крепки эти монахи, раз такое гонят, — в уголках глаз у него выступили мелкие слезы, — не ту я работу выбрал по молодости. Надо было в монастырь податься.

— Варвар ты, Гурат, и ни черта не понимаешь в благородных напитках.

— Каков есть. Ты пить будешь-то?

Викто́р только улыбнулся в ответ и пригубил, смакуя каждый глоток.

Андрэ тоже решил попробовать, глядя на реакцию более опытных товарищей.

Словно решив себе что-то доказать, он последовал примеру Жана. Одним махом опрокинул в себя, хоть и не очень большую, но крайне крепкую порцию кальвадоса. В груди все полыхнуло огнем, и во всем теле появилась приятная легкость и расслабленность. Мальчик закашлялся, но постарался сохранить достоинство, вызвав одобрительный смешок Гурата.

Как и предрекал Жан, к концу недели город натурально встал.