Айрин, графиня из Бездны. Книга 3. Часть вторая

Ничего в ней не шевельнулось ни на вопли солдат, ни на слова капитана. Здесь, посреди столов с ранеными, в окружении занятых работой врачей, ни победа, ни взятие совершенно не чувствовались. Единственное, что испытывала Аури — растерянность. Грандиозное событие происходило прямо сейчас, и она будто бы проходила мимо него.

— Что не так, Роу? — заметил один из лекарей выражение лица Айрин.

— Странно это всё, — проговорила Аури. Она как раз чистила инструмент и могла позволить себе отвлечься — Город взят, а здесь совсем ничего не изменилось.

— Как же не изменилось? — удивился один из помощников — Слышишь, орут?

Вокруг раздавалось столько криков и стонов, что невозможно было разобрать то, что творилось снаружи.

— Орут, — уверенно повторил помощник.

— А тебе что же, Роу, — просипел второй, налегая всем весом на ноги раненого, чтобы удержать их неподвижными — Пир закатить?

— Было бы здорово! — отозвалась Айрин, и замолчала, ожидая, пока смолкнет крик солдата.

— В самом–то деле, — переждав, продолжила она — Мы же взяли город.

Город! — девушка воздела руки к небу — Да ещё какой! Я две недели только и слышала, как солдаты плакались о его неприступности. А теперь он — взят! И мы просто… просто… мы ничего не сделаем?

— Уж будь уверена, Роу, — отозвался ближайший лекарь — Солдаты вволю повеселятся. А нас ждёт лишь это…

Не договорив, он развёл руками, указывая на столы с ранеными.

— Впрочем, ты, Роу, можешь пойти, покричать со всеми, — добавил доктор — Поднимешь себе настроение.

Айрин, отложив инструмент, и впрямь направилась к выходу. Но едва выйдя наружу, она застыла на пороге. Телеги, доверху наполненные солдатами, длинной лентой выстроились вдоль палаток.

— Свет, — прошептала потрясённая Айрин. Передовой возничий увидел её лицо и расхохотался.

— Всё в порядке! — закричал он и махнул рукой вдоль повозок — Это мертвецы!

И Айрин, испытав облегчение, неслышно выругалась.

В ту ночь в лагере никто не спал. Возле каждого из сотен костров пили, орали, дрались и хвастались.

Каждый, от солдата до полковника, предвкушал, как войдёт в захваченный город. Будущую добычу уже проигрывали в карты, распределяли между родными, под неё брали в долг и щедро оплачивали собственное веселье. Но настало утро, а армия митендорцев всё ещё стояла под стенами. Более того, ворота оставались запертыми.

— Лучшие места займут, — ворчали солдаты — Всё вынесут!

Не изменилось ничего и в госпитале.