Хозяин арены чудовищ Книга 2

Нужно было действовать одновременно быстро и очень осторожно.

Между тем свечка догорела и потухла, а я в это самое время приложил руку к горячему месту под нижней челюстью и отправил такой мощный поток энергии, на какой мог быть только способен. Вообще, так нельзя делать, так как можно просто убить монстра, но у меня не было другого выхода. Теневик считался одним из самых редких монстров, поэтому они были очень дорогими. У меня явно не хватило бы денег на его покупку.

Монстр дернулся, но не смог отодвинуться, так как жгучая энергия, от которой у меня будто полыхало все тело, не позволяла ему даже шелохнуться.

«Подчинись и все пройдет», — мысленно проговорил я, морщась от боли во всем теле.

Мучились мы оба, но я и не думал прекратить порабощение. Монстр засопел, будто ему не хватало воздуха, но он продолжал внутренне сопротивляться мне.

«Подчинись!»

Я почувствовал, как закружилась голова и появилась слабость в ногах. На миг показалось, что теряю сознание, но я сжал зубы, ухватился второй рукой за прутья решетки и продолжил, так как знал, что теневику гораздо хуже, чем мне.

Он страдает и уже почти не дышит, но все еще не хочет признать меня своим хозяином.

Время растянулось. Мне стало казаться, что мы уже не один день стоим вот так в темноте и буквально до последнего издыхания не хотим отступать. Пустить больше энергии, чем сейчас, я не мог, так как боялся рухнуть на пол, и тогда он просто разорвет меня на части.

Вдруг теневик продолжительно выдохнул и смирился.

В этой невидимой схватке победил я.

Убрав руку с пульсара, я почувствовал, как она дрожит. Мне нужно было немного прийти в себя, поэтому на ослабших ногах добрался до выхода и прислонился к стене, вдыхая прохладный ночной воздух.

В голове промелькнула шальная мысль поработить еще одного монстра, но я отринул ее, понимая, что слаб и могу не выдержать еще одного такого сильного бойца.

Через минут десять мне стало легче, поэтому я включил фары, чтобы осветить все здание.

Монстры недовольно заерзали и зарычали, так как многие уже спали, но я не обращал на них внимания и, прихватив ржавый топор бандита, двинулся к решетке теневика.

Тот по-прежнему сидел в углу клетки и дышал так, будто пробежал многокилометровый марафон.

Все дверцы клеток были закрыты на замок, поэтому я ударил обухом несколько раз по дужке, на которой висел замок. Та наполовину отломилась. Я резко дернул дверь на себя и открыл ее.