Наследники богов

Ретиарий под углом ударил трезубцем, пытаясь проникнуть им под щит, но попал в манику на правой руке Гектора. Осознав, что потерпел неудачу, ретиарий резко дернул сеть, повергая своего противника на песок, и вертикально вниз ударил тризубцем. Каким-то чудом Гектору удалось перекатиться на бок, увлекая за собой сеть, и оружие гладиатора вошло в песок, со стуком вонзившись в деревянный настил под ним. Пока ретиарий высвобождал оружие из зыбкого плена, Гектор выпутался из сети и вскочил на ноги. Не теряя времени, он контратаковал, целя в незащищенный бок гладиатора, но ретиарий успел подставить на пути его гладиуса трезубец.

Тогда Гектор вдруг неожиданно чиркнул ногой, поднимая в воздух тучу песка. Ретиарий инстинктивно прикрыл глаза, и Гектор с криком рванулся вперед, нанеся резкий колющий удар в корпус противника. 

Ретиарий выронил трезубец и рухнул на колени, прижимая руки к окровавленному боку. Толпа вновь разразилась ликующими криками. Раненый гладиатор поднял дрожащую левую руку с вытянутым указательным пальцем, моля о милосердии.

Арбитр тут же остановил бой. Гектор застыл, шумно дыша, перед своим поверженным врагом и обвел взглядом трибуны.

Распорядитель игр поднялся в своей ложе, широко расставив руки в стороны, и тоже огляделся. Толпа ревела. Кто-то кричал «добей!», другие скандировали «жизнь! Жизнь! Жизнь!». Ретиарию повезло – он был любимцем публики, и последних криков было явно больше. Назика Кальв медленно опустил левую руку, а правую вытянул перед собой, сжав ладонь в кулак.

Мгновение, и он выставил поднятый вверх большой палец. Публика отозвалась довольным ревом. 

Закончив бой, Гектор огляделся. Большинство воинов еще сражались, но примерно половина битв была уже закончена. Он быстро нашел взглядом Алексию. Девушка храбро сражалась с огромной бабищей с дубиной в руке и закрепленном на левом предплечье щитом. Ее противница была сильна, но Алексия была намного ловчее. Гектор невольно залюбовался ее гибкими, стремительными движениями.

Вот девушка молниеносно пригнулась и подсекла ноги противницы своим страшным оружием. С рычанием дикой кошки воительница в боевой горячке метнулась вперед, намереваясь добить противницу, но ее остановил арбитр. Решать судьбу бойцов должна была толпа. И она выразила свою волю, проиллюстрированную стоявшим на трибуне распорядителем. Украшенный перстнем с рубином палец медленно опустился вниз.