Чёрный хребет. Книга 2

Десятки человек вскидывают копья и бросаются в атаку друг на друга. Ни на ком из них нет доспеха, поэтому каждый удар потенциально смертелен. Им плевать, что они жители одной деревни.

– Бежим! – кричит Майра.

Тянет меня за сарай, пока её птица парит в небе и жалобно пищит. Происходящее кажется неправильным, но что я могу сделать? Дигор превратился в бурлящий котёл – слишком много злобы накопилось за годы холодной вражды. И просто так он не остынет... нужна кровь.

Прячемся с Майрой за стеной. Девушка в глубокой панике, не знает, как ей поступить.

Отчаяние ребёнка, на глазах у которого кричат родители, только в гораздо большем масштабе. Не могу представить себя на её месте. Если бы жители Дарграга схлестнулись в битве на смерть, я бы тоже сидел на земле, поджимая колени к груди.

– Будь здесь, – говорю. – Мне надо помочь.

Помочь кому? Помогать одной половине Дигора убивать другую?

Звучит неприятно, но это так. Хуберт с Длехи и Гунаем защищали меня от смерти, пришёл мой черёд отплатить им и помочь в сражении.

Я никогда не остаюсь должником. Меня не нужно выискивать и спрашивать, когда верну обещанное. Я не из этих людей. Я всегда сам появляюсь и возвращаю долги, плачу услугой за услугу и хорошим отношением за хорошее отношение.

Хуберт меня спас. Пора спасти его.

– Стой! – говорит Майра. – Они убьют тебя!

– Не переживай, – говорю. – Я не настолько слаб, как выгляжу на первый взгляд.

И это правда.

Мне не нужна скорость молнии.

До тех пор, пока в моей руке меч, копьё или метательный нож – я могу победить любого.

Пусть противник выше и тяжелее – это ничего не значит. Не помогут мышцы, когда тебе в горло входит сталь. Никто не может сражаться, захлёбываясь собственной кровью.

– Если получится, – говорю. – Беги за луком. Чем раньше мы вмешаемся, тем больше твоих друзей останется в живых.

Выхожу из-за сарая. Битва в самом разгаре: несколько человек лежат на земле, другие ранены и истекают кровью. Не знаю, стоит ли называть кого-нибудь из них «свои», поскольку все здесь – мои враги.

Но те, кто меня сегодня защищал, проигрывают. Если они окончательно падут – болтаться мне на пике.

Выбегаю вперёд и вижу Длехи ползущего прочь от сражения, насколько это возможно с ужасными переломами. На его лице – агония и жуткий оскал. От боли мужчина ничего не понимает, действует на чистейших, первобытных инстинктах.

– Не шевелись, – кричу.

Хватаю его за шкирку и волоку прочь.