Кодекс Крови. Книга Х

» — опешил Тимос, ведь Альб не давал команды на такой затратный конструкт.

Друг тоже почувствовал неладное, выбегая из своей лаборатории на колёсах. Воздух над головами воинов мерцал от обилия благодати. К этому моменту песнь легионов достигла своего апогея, и первые три Копья рванули к Обители, врезаясь в Радужную пелену. Та вспухла, словно взрывалась изнутри, и опала розовыми брызгами.

— Пли! — не удержался от приказа добить недруга Альб, и его «переходник» первым выпустил Копьё по Кровавому.

Тимосу даже показалось, что Копья летели слишком медленно, но тут его внимание привлекло совсем иное действо.

***

За секунду до того, как первые три Копья сорвались в нашу сторону, на легионы пролилась просто прорва благодати, под прикрытием которой полетели мои любимые иглы-присоски. В этот момент я просто-таки чувствовал, что жадность во мне негодует. Собирать-то благодать я буду другим ковчегам, а трачу энергию из своего.

«Поделятся, — услышав мои мысли, хихикнул ковчег. — Что в бою взято, то свято! Так что всегда можешь рассчитывать на десятину, минимум».

Моя жаба заткнулась, тем более что в этот момент Копья вошли в Радужную пелену. Мне же пришлось экстренными темпами перекачивать дармовую благодать в накопители. На что это было похоже? Как будто страждущий в пустыне обнаружил оазис с рекой и попытался выпить её в один присест. После третьего Копья меня уже чуть ли не тошнило. Сам защитный конструкт пришлось развеять, чтобы не сбить атакующее настроение врага.

Следом за первой атакой пошла вторая, и вот здесь уже без Пелены бы я не выстоял. Порадовало меня, что Ковчег вписался в процесс лично. В первую очередь он восполнил наши запасы благодати и лишь затем позволил активировать кровные пуповины к накопителям.

«И всё же своя рубашка ближе к телу», — с усмешкой подумал я, но ковчег меня услышал.

«В войне на истребление нет места благородству», — был его жёсткий ответ.

«Но от меня ты ожидал именно этого», — не преминул я уколоть собеседника.

«Ты не аспид, тебе простительно».

После этой фразы мне что-то резко перехотелось знакомиться с настоящими аспидами. А ещё появилось стойкое ощущение, что меня пытаются использовать в тёмную. Опять.

«Все на этом поле боя имеют причины для нахождения здесь и сейчас. Если твои убеждения изменились, ты всегда можешь уйти. Это не наша война. Свою мы давным-давно проиграли».