Жнец

Тогда я ещё не был одиночкой и ходил в отряде таких же, как и я, людей, ищущих себе новое призвание. Совсем еще зелёный был. И тогда я понял одно: как только дело начинается, весь страх и тряска утихают, остаетесь лишь ты и твоя цель. Поэтому сам, ожидая скорой дуэли, потирал кулаки под столом, стараясь скрыть лёгкую трясучку.

– Волнуешься? – с заботой спросила Романова. Неожиданно, однако, с ее стороны. Нас можно назвать товарищами, а вот друзьями мы пока не стали. Но мне приятно осознавать, что не только Света волнуется за мою задницу.

– Нет, – оскалился. – Я в предвкушении.

По прошествии двух уроков, с боевой подготовки бойрук меня отпустил, сказав, что мне нужно приготовиться к дуэлям. Я отправился на школьную арену и, зайдя в подсобное помещение для бойцов, погрузился в медитацию. Никакой прокачки, просто приведение своего организма в боевую готовность. Правильный настрой – половина победы. Поэтому сейчас я отрекся от окружающей среды, сидя в позе лотоса, и, можно сказать, познавал дзен.

Так и сидел, пока меня не привели в чувства, тронув за плечо. Открыл глаза и увидел скалящуюся морду Скворцова.

– Ну что, готов? – спросил он и продолжил: – Выход уже через пять минут. Там будет официальная часть, а потом вы вступите в схватку. Как себя чувствуешь?

– Как обычно, – коротко ответил я и пошел на выход из подсобки.

Выйдя на арену, слегка обомлел. Трибуны были полные, практически ни одного свободного места не было.

Подождав пару минут, заметил, как с противоположной части двинулся силуэт, направляющийся в середину площади. Немного подумав, отправился к ним, оставив Игната позади. Подойдя к центру арены, где уже стояли двое человек, спокойно встал рядом с ними.

– Ну вот ты и покойник, – произнес школьник, что первым вышел на ристалище. Это был тот самый, которого я заломал.

Я, оставив его слова проигнорированными, молча стоял и ждал начала дуэли.

– Господа, мы начинаем, – тихо произнес Кузнецов. – Внимание! – вся арена затихла. – Сейчас начнется дуэль между Новиковым Александром Петровичем и Самохваловым Виктором Степановичем, – он перевел взгляд на нас.