Система книга 1: Восьмой уровень

 

— И как это все приводит тебя к мысли прощения убийц и прислужников тьмы? — хмыкнув, спросил Гордей. — Ибо из твоих слов следует, что нужно уничтожать прислужников тьмы. 

— Совершивший убийство сам становится убийцей, — ответил монах. — Нельзя очистить душу, погрузив ее в грязь греха тех, кого осуждаешь. 

— И как это сочетается с тем, что сама церковь иногда прощает грехи? Мол, это было совершено во благо веры или в защиту невинных, — улыбнувшись, возразил старик, его этот спор явно забавлял.

 

— Те, кто прощают или благословляют убийц, забыли о том, что мы лишь поводыри для верующих, а не сам бог, и уж тем более мы не его глаза, мысли и уста. Власть затуманила им разум, тьма погрузила их души в пучину греха. Они решили, что могут стать устами бога, — произнес уверенно монах. 

— И как тебе путешествуется в компании убийц? — насмешливо спросил старик, кивнув в сторону молчаливо сидевших спутников. — Тебе не кажется странным, что твою жизнь охраняют те, кого ты назвал слугами тьмы? 

— Они не слуги тьмы, — печально вздохнул монах.

— Они лишь слепцы, которых, возможно, я смогу вернуть в лоно праведности, и тогда, сойдя с пути греха, они получат прощение бога. 

— Но сам ты в такое прощение не веришь? — уточнил старик. 

— Верю, что совершив добрые дела, стократ превышающие грехи, что сотворил человек, у него появится мизерный шанс быть прощенным богом на суде после смерти. Я лишь могу своей верой и молитвой не дать захватить души погибших демонам.

Не мне судить других, я лишь песчинка в руках бога, но буду делать все, что могу, дабы как можно больше людей вернулись на путь безгрешной жизни, — ответил устало монах. 

Мне кажется, этот разговор был больше не для них самих, ибо друг для друга они явно мнения не изменят, а для тех, кто сидел у костра и очень внимательно слушал. Даже вечно веселый Рольд выглядел серьезным как никогда. Но лично я был солидарен со стариком Гордеем. Уж я-то знаю, что с той стороны, тем более я и есть тот самый посланник бога, если это вообще бог.

Однако часть правды в словах монаха была. Все-таки, когда мне удалось без убийств завершить миссию, то система тут же меня вознаградила. Даже в этом мире я мог обойтись без убийств тех аристо и солдат. Но злость, что накопилась во мне после провалов, требовала выхода и, честно говоря, я ринулся в бой, поддавшись этой злости. 

— Ну-ну, — с сарказмом произнес старик, покачав головой.