Под знаком Альбатроса

И это действительно беда – ее уже внесли в список на представление императору.

Что же, нет худа без добра. Спасение репутации – это серьезно, такие услуги не забываются. Помочь надо, но как? Делать-то что?

- Но драгоценности, надеюсь, сохранились? Отлично! Могу я взглянуть на них?

- Разумеется, ваша светлость. – Графиня аккуратно платочком промокнула глаза, вышла в свою комнату и вернулась с тяжелой шкатулкой. С усилием поставила ее на стол, открыла.

Маркиза разглядывала украшения не спеша, внимательно, словно опытный ювелир.

Перебирала, смотрела на игру камней, качество их креплений, искусность гравировки.

- Это дорогие вещи. Если это продать…

- Но я не хочу это продавать! Хотя, конечно, согласна заложить, только не знаю где. И при хорошем проценте выкупить их уже через пару месяцев, может даже раньше.

Хозяйка наморщила лоб и нос, долго терла виски, шевелила губами, словно беззвучно читая молитву.

- Заложить… Знаете, душа моя, на мой взгляд залог – это крайнее средство.

В конце концов, заложить такую красоту никогда не поздно, но стоит ли с этим спешить? Уверена, что супруг найдет лучший выход, а пока… да… я приглашаю вас в салон мадам Эбигейл! – И она решительно протянула руку, приглашая гостью следовать за собой. – Поверьте, наше спасение только там. И не думайте о деньгах. Поверьте, муж решит эту проблему.

***

Салон мадам Эбигейл оказался довольно просторной комнатой, расположенной неподалеку от дома Галифаксов, на первом этаже красивого трехэтажного здания.

Красиво обставленный светлой вычурной, но удобной мебелью, безупречно гармонировавшей с голубым шелком, обтягивающим стены. Диван на ажурных ножках, три таких же кресла около маленького столика, на котором даже в этот зимний день стояла ваза со свежими фруктами, секретер. И огромное, в рост человека, зеркало. Все, что необходимо и ничего лишнего.

Один угол отгорожен цветастой, расшитой в пестром чаньском стиле ширмой. В другом за столиком сидела сухонькая женщина средних лет с аккуратной простой прической, в скромном платье, пошитом, однако, из очень дорогого синего бархата.

При виде посетительниц женщина встала, широко улыбнулась обеим, но обратилась только к маркизе.

- Ваша светлость, здравствуйте! Чем могу быть полезной?

- И ты здравствуй, Эби. Позволь представить, моя подруга графиня де Бомон. – Маркиза назвала свою спутницу второй, более звучной частью титула.