Демон и Кикимора

- Ці шукаеш кагосьці?

- Нашёл уже. Тут дом моей бабти стоял.

- Вона як… Заходзь!

И мы с замолчавшим псом потрусили вслед за новым хозяином недвижимости.

Глава 2

«Нячысцікі»

В белорусской глубинке, как и в российской, незнакомого человека запросто пригласят в дом, коль есть повод. Иван, водитель трактора агрокомбината «Агра-Моталь», потащил Андрея за стол, накрытый в беседке позади дома. Он только с работы пришёл, жена его подготовилась, встречала.

Наложили на тарелку столько картошки и жареной свинины с луком, что началась пытка едой.

Андрюха чуть оттаял душой. Пусть нет больше хаты бабы Яди. Он всё равно здесь! Под гостеприимной крышей беседки. С полешуками. И сам управляет телом, сам поднимает глиняную кружку с квасом и льёт в утробу тёмную ароматную жидкость.

- Кажаш, на флоце служыў? – Иван немилосердно трасянил, мешая белорусские слова с русскими и особыми полесскими, коих больше нет ни в одном языке.

Пришлось Андрюхе рассказать про Север. Приукрасить, как водится. Приплести, что однажды американский самолёт стукнул их «тушку», сам ссыпался в океан, а повреждённая русская машина всё же дотянула на базу «на одном моторе и одном крыле», как в старой американской же песне, посвящённой бомбардировщику Б-17 «Летающая крепость».

Потом искали общих знакомых и родственников. Ну конечно! Иванова жена – многоюродная внучатая племянница бабы Яди Полещучки, андрюхиной бабушки.

Бабтю здесь помнили.

- Грех на вас, Андрей, что не приехали ни на похороны, ни на сорок дней, - увещевала она меня. - Ну, как смогли, так приехали. Помянем?

Помянули бабу Ядю. И отца Андрюхи. Правда – квасом. Хозяин сделал робкую попытку намекнуть, что по уважительному поводу можно сделать исключение, но его дражайшая половина проявила непреклонность.

Видно, были в прошлом проблемы с зелёным змием. И он, окаянный, сидит в засаде, готовый напасть. Например, выпрыгнуть из «валиски» (рюкзака), где припасены две бутылки коньяка.

Сельчане рассказали о местной незатейливой жизни. В общем-то, неплохой. Даже COVID не сильно повлиял. Болели мало, не больше, чем гриппом в прошлые годы. В магазин без маски нельзя было зайти, даже если маска закрывала один только подбородок. Волнения августа-сентября двадцатого года сюда почти не добрались. Бессменного Президента здесь не то чтобы нежно любили, но ничего против него не имели.