Демон и Кикимора

Я перешёл к сути вопроса: – Миша! Ты так и не признался, кто из высокосидящих в ВВС США инициировал программу с полесскими нечистиками? Колись.

- Двухзвёздочный генерал Виктор Эгерт из восьмого бомбардировочного командования. Он – на верху пирамиды или есть кто-то ещё над ним, ведающий нечистой силой, понятия не имею. Сам видел генерала лишь пару раз.

Легко раскололся. Просто мечта для следователя НКВД.

- Сам понимаешь, какой следующий вопрос. Где и когда я смогу побеседовать с Эгертом?

Причём тот занимает пост, примерно равный моему в истребительном командовании Роял Эир Форс в прошлой жизни.

Что, если бы ко мне пробивался на аудиенцию какой-то завалящий флайт-лейтенант с единственным боевым вылетом на «спитфайре» за душой? Мой адъютант запросто спустил бы его с лестницы, а я даже не узнал бы о визитёре.

- У меня имеется прямой телефонный номер Эгерта для непредвиденных случаев. Но он не понадобится. Генерал должен прибыть к нам в Бассингбор через пару дней. С пополнением из полешуков. Вот и познакомишься.

Дни эти выдались нелётные. Не по погоде. Авиагруппа ждала самолёты из ремонта, взамен разбившихся – новые, а также экипажи на пополнение. Честное слово, меня впечатлил объём средств, вваливаемых в стратегические бомбардировки Рейха. Каждый налёт приводил к потерям десятков «крепостей», экземпляр стоит сотни тысяч долларов, полновесных, а не памятная резаная бумага, что наштамповали для поддержки экономики после КОВИДа, и долларовые цены взлетели как ракета. Вернувшиеся самолёты требовали ремонта практически все, никто не возвращался без пробоин.

Я пропустил большую часть цикла подготовки пилота благодаря фуфельным справкам, вероятно, слепленным не без участия того же Эгерта. Но обычные лётчики, даже с приличным стажем, тратили уйму времени на обучение пилотированию Б-17, американское правительство щедро финансировало. А ещё топливо, бомбы, смазочные материалы, другие расходные материалы, дорогостоящее содержание аэродромной инфраструктуры… Вряд ли экономика какой другой страны выдержала бы столь интенсивную воздушную войну.

А эффективность? Не хочу злословить, но фронтовая авиация укладывает бомбы ровненько в цель. В отличие от стратегической. И когда после войны в той реальности сравнивали немецкие данные с бравурными реляциями британских и американских бомбардировочных генералов, обнаружилась разница, скажем мягко, на порядок. Хорошо если две-три-четыре бомбы из сотни причиняли сколько-нибудь заметный ущерб нужному объекту.