Культивируй. Побеждай

Мент сильно растолстел с нашей последней встречи. Когда эта гнида месила меня кулаками за украденную кем-то другим (или вовсе потерянную по своей невнимательности) фляжку, форма не так туго облегала сало, а щеки не свисали на плечи. На каждом пальце-сардельке мужчины было кольцо. Эдакий кастет из золота, наверняка купленного или полученного за вовремя закрытые глаза или уши.

— Садись, Артурка, — осклабился мент.

Я занимаюсь культивацией уже третью неделю. Я накапливаю Ци в медитациях, и с помощью специальных упражнений разгоняю собранную энергию по телу, и даже достиг Основания.

Каждую свободную минуту в реальности и в мире снов, куда попадаю каждую ночь, я стараюсь уделять совершенствованию. Моя сила изрядно выросла, у меня есть артефакты, которые делают меня в разы сильнее и быстрее, с их помощью я могу избивать здоровенных монстров…

Но я ничего не могу сделать Косолапому, которого поддерживает государственная машина.

Я стоял на месте и чувствовал унизительную беспомощность.

Я легко мог сломать шею этой свинье, мог голыми руками разбить в хлам их машину.

Но каждый поступок имеет последствия, если я так поступлю, меня начнут искать люди с оружием и искатели, которых уже поставили «на службу государства». Именно поэтому я стою на месте, пытаясь не так пристально сверлить глазами мерзавца, а он улыбается, даже не представляя, какой силой я обладаю. Хотя я не думаю, что его знание что-то изменило бы. Засранец за годы «беспорочной службы» наверняка привык к собственной безнаказанности.

— Давай-давай… боец. Прыгай в салон, прокачу, — стукнул он по крыше машины.

Я стоял, размышляя, стоит ли садиться сразу, и что меня ждет там, куда привезут.

Я легко могу сбежать. Но что дальше? Сидеть днями на квартире, выходя за продуктами раз в неделю? Жить, оглядываясь? Не иметь возможности показывать паспорт, напрягаться при виде ППС?

— Артур Федорович Кошелев, 2006-го года рождения, давай-ка в машину, — вновь сказал Косолапый, но уже куда более серьезным и прохладным тоном. Улыбка сползала с его лица, а глазки, маленькие и колючие буркала, пялились на меня с застарелой неприязнью.

А я-то думал, он давно выплеснул все свои эмоции, избивая меня на глазах приятелей, и теперь в нашем дуэте только я пылаю ненавистью к оппоненту.

— Для начала неплохо бы прислать повестку. Ну или вручить лично.

— Так вручали же! — глумливо гоготнул Косолапый. — Причем прямо в руки вручали, у меня и роспись твоя стоит. Сам расписался, а потом почему-то не пришел.