Поступь крови. Перерождение

— О к-каком м-муже он г-говорил?

— О единственном и неповторимом, — с сарказмом фыркнула мама. — О твоём отце. Всю душу измотал, скотина. Бывший муж… объелся груш. Ты, наверное, не запомнил, но я тебе часто рассказывала. Твой отец — игрок. Возомнил себя великим шулером, а по факту — выкидывает деньги на ветер.

— П-почему т-ты п-платишь?

— Сначала из любви. Потом — из жалости. Ну а сейчас — ради тебя, — призналась мама. — Я-то уже не войду в Род Артемьевых, а у тебя какой-никакой, но шанс сохраняется. Мне отказали, потому что я простолюдинка.

Ни капли голубых кровей. А вот в тебе — пятьдесят на пятьдесят, — она провела пальцем по коже на моём запястье, проследила движение синеватой венки. — Твой отец тебя любит. А не приходит к тебе, потому что игромания — опасная болезнь. Но ничего… Когда выплачу его долги, отправлю его на лечение. А потом он попросит родителей, и тебя примут в Род Артемьевых. И больше никто не взглянет на тебя свысока!

— Арт-темьевы? — задумчиво протянул я. — К-как з-зовут п-папу?

— Гриша, а что? — мама с любопытством склонила голову набок.

Похоже, Рода Артемьевых не коснулись изменения. Во всяком случае, моего “папаши” — точно. Я помнил, что в прошлой жизни на Роду Артемьевых было здоровенное чёрное пятно по имени Григорий. Вообще-то до шестнадцати лет он считался едва ли не главной надеждой Рода — невероятно умный, талантливый музыкант и одарённый учёный. Однако в какой-то момент вседозволенность ударила ему в голову. Он забросил университет и пустился во все тяжкие.

Гриша пробовал пороки по очереди — от продажных женщин до запрещённых веществ. Но остановился на карточных играх. Он тащил из Родового особняка всё, что плохо лежало. И даже как-то умудрился залезть в Родовую казну и почти разорил Род. Талантливый человек талантлив во всём. Его родители вовремя обо всём узнали и очень сильно разозлились. Они исключили его из Рода и завещания. Григорий Артемьев фактически превратился в бомжа.

Но он не растерялся. Зачем работать, если можно жить за чужой счёт? Он втирался в доверие к женщинам, вешал им лапшу на уши и тянул из них деньги под разными предлогами.

Об этом было известно во всей Империи. В газетах частенько печатали сатирические анекдоты, в главном герое которых предельно ясно угадывался Григорий. Род Артемьевых какое-то время был настоящим посмешищем.

— Т-ты п-проверяла? — спросил я.

— Что проверяла? — мама поднялась, отряхнула одежду и повела меня в мою комнату.

— Ст-татус ар-ристок-крата, — ответил я.