Змеиный медальон. Часть 2. Сердце Майнандиса

С берега что-то кричали. Кешка оглянулся и понял, что возился слишком долго. На вторую связку Скуловорот уже не успевал. К счастью, звенья плотового состава сцеплялись между собой почти вплотную. Оскальзываясь на мокрых брёвнах, Кешка перескочил на третью связку, упал на колени…

Кинган один за другим пошвырял дорожные мешки, затем прыгнул сам с Пиамой на закорках. Покачнулся на краю, грузно припал на одно колено. Кешка схватил его за руку, потянул на себя, и Скуловорот улыбнулся ему из золотой бороды.

— Силён ты, паря, — сказал Гвинсу старший над плотогонами, когда они все вместе собрались вокруг костра.

Первая связка, из корабельного кедра, как хвалились сплавщики, сидела высоко, и поверхность плота оставалась сухой. Небо посветлело, стало белёсым и неуютным. Голые берега, в обвалах и подмоинах, тоже не радовали глаз.

Кешка подсел к самому огню, но всё не мог согреться. Жар костра ласкал кожу, а внутри рос ледяной ком. Подташнивало. Уж не заболел ли он?

Река больше не петляла, плоты шли ровно, сплавщики были спокойны.

— Навиль, — сказал молодой плотогон и сплюнул в воду.

На кромке высокого обрыва появились двое всадников. На фоне пепельного неба они казались чёрными силуэтами, но Кешка, присмотревшись, больше слухом, чем глазами, различил под капюшонами длинные лица с неподвижными белёсыми зрачками.

До сих пор браккарийцы были для него страшными сказками, видением, сном, дрожью в голосе подвыпившего вендерца, и вот теперь он своими глазами увидел дело их рук. Перед внутренним взором плыли смрадные, полуразложившиеся тела рёбрами наружу — человеческие туши…

Сквозь это жуткое видение Кешка не отрываясь смотрел на слуг смерти. В груди, в горле набухала жгучая ярость, и парализующий волю ледяной ком таял. «Гвинс назвал меня магом, — думал он. — Если я маг, то почему не могу убивать взглядом?»

В воздухе пропархивали снежинки, под ногами хрустел ледок, и по всему чувствовалось, что скоро ударит настоящий мороз.

— Может, передохнём? — с надеждой спросил Галчонок. — Костёр разведём.

Скуловорот прибавил шагу, потянув за уздечку серого пони, на котором ехала Пиама, и коняшке пришлось бежать быстрее.

— Гвинс, — с упрёком сказала девушка.

На берег сошли в городе Палсите, где сплавщики сделали остановку, чтобы продать часть древесины.