Последний мир. Первая смерть.

Помню: «Вижу мир точно так же, как и ты». Но спросить я должен был. Вдруг местная флора помогла бы помощнику понять, где мы находимся?

Тем более что во время нашего небольшого разговора я успел не только отмыть шары в чистой воде, но и вернуться к туше рептилии — несмотря на отвратительный запах, данная территория казалась мне максимально безопасной.

— Если ты её поцелуешь, она не превратится в принцессу, некрофил, — наблюдая за тем, как я застыл в прострации, смотря практически сквозь лягушку, не выдержала Ирис.

— Но если возьмёшь кусок клыка и разделаешь тушу, то есть все шансы добыть что-то приличное. Тебе в любом случае в городе понадобятся средства, а тут перед тобой гниёт целое состояние.

— Например? — тут же зацепился я за предложение.

Ирис отвечать с ходу не стала, а тягучим движением поменяла форму на беличью и в несколько прыжков подбежала к монстру. После чего запрыгнула на его бездыханную тушу и, вальяжно пройдясь по склизкой шкуре, авторитетно заявила:

— Например, кости твари третьей эволюции будут стоить примерно пять тысяч монет опыта.

Правда, это за целый скелет, но всё равно сумма немаленькая! Кожа будет стоить около трёх тысяч. Мясо — редкий ингредиент, так что сотня монет за килограмм, правда, это было бы так, займись мы им сразу после смерти лягушки, сейчас же мало кто позарится на протухший ресурс. Так, дальше. Каждый из органов по своей цене, но никак не меньше тысячи за штуку…

Ирис продолжала вдохновенно вещать. И я бы, наверное, даже начал пускать слюни от жадности, если бы местные цены мне хоть о чём-то говорили.

Много ли это тысяча монет опыта? За эти деньги можно захватить мир? Или это настолько мало, что даже в общественный туалет сходить не хватит?

Все разглагольствования для меня сводились лишь к тому, насколько тяжёлым являлся тот или иной обозначенный фрагмент гигантской рептилии.

— Ну и, наконец, глаза твари! Каждое — тысяч пять! Реагент очень редкий. Хотя немного тоже пованивает уже, как и мясо. Так что, возможно, придется дать скидку, — Ирис перевела дух от продолжительной лекции, после чего обернулась ко мне: — Ну как, ты счастлив?

— А сколько стоит хлеб в городах? В среднем? — уточнил я, накручивая на ноги очередной слой листьев папоротника.

Обрабатывать листву при наличии лягушачьего зуба оказалось намного сподручнее. Ноги немного прели в многослойной обувке, но обновка держалась прочно и можно было спокойно двигаться, не боясь испачкаться или пораниться.