Демонический страж

Мгновение он оценивал обстановку и, убедившись, что на улице нет не только ретировавшихся прохожих, но и лучников, шагнул к своему коню. Тот фыркнул, косясь в ту сторону, куда сбежал менестрель, а за ним — и таинственные воины.

— Давай! — оглянувшись, рыкнул на подопечную Ательдарон.

Оба понимали, что медлить нельзя, но Аластриона замешкалась. Неумело схватилась за седло, поставила ногу в слишком широкое для неё стремя, однако подтянуться не смогла: ладони соскользнули. Прорычав сквозь зубы что-то непонятное, Ательдарон схватил её и забросил на спину коню.

Аластриона больно ударилась о жёсткий край седла, но прежде, чем она успела бы возмутиться, демон запрыгнул в седло позади неё, схватил узду и пришпорил коня.

Заржав, Дым встал на дыбы, взмахнул копытами в воздухе и сорвался с места. Ветер ударил в лицо. Аластриона едва успела схватиться за гриву. Если бы не руки Ательдарона с двух сторон от неё, она упала бы с коня раньше, чем поняла бы, что произошло.

Ательдарон привстал в стременах, заставил её пригнуться к лошадиной шее.

Плотно прижатые к спине крылья, казалось, совсем ему не мешали. Дым мчался по городу, отбивая копытами дробь. Те горожане, что не видели погони загадочных воинов за полудемоном и не поспешили убраться с улиц, с возмущёнными возгласами и испуганными криками прижимались к стенам зданий. Как показалось Аластрионе, вслед им летели проклятия.

Они выбирались из трущоб не той дорогой, которой пришли. Ательдарон направлял коня по незнакомым ей улицам, грязным и провонявшим, пытаясь запутать след.

Для Аластрионы одинаковые высокие здания с узкими окнами сливались в сплошной поток, а повороты и переулки забывались, едва оставались за спиной.

Погони пока не было, но вряд ли она заставит себя ждать. Одного Аластриона понять не могла: почему Ательдарон, на вид куда более сильный, чем те грациозные, но не превосходящие габаритами людей воины, бежит от них? Куда подевалась вся его самоуверенность?

Спрашивать она не решилась, да и трудно говорить, когда встречный ветер хлещет в лицо и забивает нос.

Дым выскочил на главную улицу прямо перед запряжённым лошадьми экипажем. С испуганным ржанием животные встали на дыбы. Кучер натянул поводья, пытаясь их успокоить, крикнул что-то вслед беглецам, но те уже мчались к воротам.

Стражники не успели даже отдать приказ остановиться. Дым проскакал мимо них и устремился к полям. Цокот копыт сменился глухим топотом, городской гомон — свистом ветра в ушах.