Эй ты, бастард! Том II

Аристократы вокруг начали переглядываться в сомнениях.

Желваки на лице Леопардича напряглись. — Суд разберётся! А сейчас живо завёл руки за голову и встал на колени.

— Он ещё и открыл прорыв с Изнанки! Посмотрите, господин, посмотрите на это! — заговорил тот аристократ, чья сестра пострадала от гаргулий. Он указал на куски каменных тварей, разбросанных по саду. — Это он своими щупальцами их впустил!

Остальные аристократы закивали, соглашаясь, что видели магические щупальца.

Вот только, почему-то никто не заметил, что когда они появились, я был среди них!

— Что, подлец, продолжишь отрицать?! — рыкнул Леопардич.

— Теперь, если у тебя осталось хоть немного достоинства, выполняй мой приказ и даже не вздумай касаться благородных девиц! А вы, сударыни, медленно отойдите от него спиной. Он может в любой момент кинуться на вас, как бешеный зверь.

Судя по решимости в его глазах, он принял окончательное решение. Что бы я не сказал и какие бы аргументы не привёл, он не поверит.

А значит у меня остаётся выбор: нейтрализовать его и убираться отсюда.

Дрянной вариант. На пользу моей репутации он точно не сыграет.

Но это лучше, чем устраивать кровавую бойню или оказаться в тюрьме.

— Это не так, господин Леопардич, — прозвенел голос Косаткиной. — Я лично видела, что граф Кальмаров был среди нас, когда щупальца поднялись из центра лабиринта, чтобы открыть прорыв.

— Граф? — Леопардич скептически поднял бровь. — С каких пор бастарды наследуют титулы?

— С тех пор, как признаются легитимными, — ответил я.

— Императорским указом я был признан и вступил в право наследования сегодня, перед всеми этими людьми, — я обвёл рукой всех аристократов. — А госпожа Косаткина говорит правду. Даже более того, именно я не дал этому прорыву открыться полностью.

— Мерзавец… — процедил Леопардич и принялся заряжать пистоль, неотрывно прожигая меня взглядом. — Ты заставил благородную девушку покрывать свои преступления!

Косаткина покачала головой и прикрыла лицо рукой, словно не желая видеть этот идиотизм.

Как же я был в этот момент с ней согласен.

— Госпожа Косаткина говорит правду, — внезапно из-за спин других аристо вышел мой знакомый, с которым у нас были не лучшие отношения — Кабаргин. — Кальмаров был здесь, когда прорыв начал открываться. Когда это началось, он сам пошёл к источнику этих щупалец.

Он посмотрел на меня с толикой неприязни, но продолжил:

— А через несколько минут прорыв закрылся, отсекая голову здоровенного чудовища.