Чёрный хребет. Книга 3

Никогда бы не подумал, что окажусь в подобной природной тюрьме. Множество раз слышал, как люди проваливались в пещеры, застревали, не могли найти выход. Но никогда не думал, что такое может произойти со мной. Как-то это... банально.

Весь оставшийся день пытаюсь разобрать завалы над головой.

Выходит меньше, чем ничего.

– Гарн, – произносит Буг из-за стены в середине ночи. – Мне холодно.

– Мне тоже, – говорю.

Лежим, каждый в своей ловушке, в полнейшей тьме, и лишь лёгкий звук ветра, да капающей воды окружает нас. Как только я очутился здесь, то подумал, что легко выберусь обратно на поверхность.

Проведя же здесь много часов, вера в собственные силы постепенно исчезает.

– Гарн...

– Чего?

– Прости меня...

– Ты прощён, – говорю.

– А ты не хочешь попросить у меня прощения? – спрашивает Буг.

– Мне не за что.

– Ну ты и придурок!

Заснуть не удаётся. Всю ночь я лежу на каменном полу, подложив под голову кожаный чехол для метательных ножей. Стёганая основа ламеллярной брони сдерживает тепло тела недостаточно хорошо, да и спать в ней не удобно.

Вот и получается, что я ворочаюсь с бока на бок, не могу найти подходящую позу. Так я встречаю рассвет: светлеющее небо в узкой щели над головой. Тонкие лучи пробиваются в мою камеру, режут глаза.

Утро я начинаю с новых попыток выбраться.

Направляю вверх всю силу голубой жемчужины, но её явно недостаточно, чтобы как-то мне помочь: не способна она поднимать любые тяжести одним волшебным взмахом. Невозможно сдвинуть скалу, даже если очень сильно этого захотеть.

– Проснулся? – спрашивает Буг.

– Я и не засыпал, – говорю.

– Правильно, как тут поспишь.

Пока я шуршу в своей пещере, Буг пытается разобрать завалы. Хочет сделать проход в любую из сторон. Что угодно, лишь бы не сидеть на месте с отчаянной надеждой на внешнее спасение.

– Эй! – кричу.

Время от времени надо издавать громкие звуки. Не только для того, чтобы друзья снаружи услышали, но и для того, чтобы напомнить самому себе, что я ещё жив.

Каждый час я поднимаю руку вверх и пытаюсь сломать дерево, лежащее поперёк выхода.

Если удастся его надломить, то весь скопившийся над ним хлам может упасть вниз и освободить проход. Только задача эта кажется невыполнимой: ствол дерева сантиметров сорок в диаметре и чтобы сломать его – нужна титаническая сила.

– Есть хочу, – говорит Буг.

– С чего бы это?

– Сейчас бы супа... жирненького.

– Помолчи, пожалуйста, – говорю. – Во мне слишком мало жидкости, чтобы захлёбываться слюной.

– А наверх кусок мяса с костра...