Минский. Изгнанный попаданец

Здесь были в основном молодые мужчины в простой крестьянской одежде. Хотя двое из них имели явно бандитское прошлое, судя по шрамам на лицах, полученных точно не при сборке урожая.

— Здесь нет моих попутчиков, — я бегло окинул взглядом присутствующих.

— Давайте ещё последнюю лодку дождёмся, будем надеяться, что они там.

— А если их там нет?

— То вам не повезло, и документы теперь ваши покоятся на дне реки вместе с их похитителями.

Через пару минут привели последнюю группу выловленных беглецов, моих знакомых там тоже не оказалось.

Я оглянулся на длинный железнодорожный мост через Каму, там сейчас стоял очередной поезд. По отлаженной схеме двигались отделения солдат, обыскивая по очереди каждый вагон. Вскоре они наполнят новыми пленными очередные телеги с клетями. В воду же прыгали всё новые и новые люди.

— Почему такое странное место выбрано для обыска составов, — поинтересовался я у сопровождающего меня офицера.

— Самые отчаянные прыгают в воду, те, кто рассудительные или с детьми, сдаются на месте.

— Если бы это проходило в поле, было бы больше сбежавших?

— Сбежавших? Их нет и не было бы, но могло быть больше жертв среди простых бойцов, идущих на обыск, ну и крестьян больше бы погибло.

— Думаешь, здесь никто не убежал или не спрятался? — махнул я в сторону противоположного берега с огромным лугом и небольшими деревцами, растущими на нём.

— Не думаю, что это возможно. Там вскоре всю местность будут обыскивать уральские казаки, а от них спрятаться не получится.

— Но зачем? Я не помню, чтобы так раньше массово вылавливали крестьян и холопов, что же изменилось?

— Временное правительство в Петербурге вчера подписало новый закон.

— Временное правительство?

— Да, в Зимнем дворце проблемы какие-то с завещанием Императора. Из-за чего было созвано временное правительство из представителей самых уважаемых и влиятельных родов империи. Они же всё равно были там, ожидали оглашения завещания.

— Хм… — задумался я.

— С завещанием в столице какие-то сложности, то ли потеряли, то ли выкрали его.

— Как же тогда закон приняли, если в Петербурге волнения?

— Если бы я знал! Мы тут сами из газет всё узнаём, да и начальство иногда немного разъяснит, но по мне они и сами мало что знают.

— Значит, массовые облавы только сегодня начались?

— С пяти утра, — тяжело вздохнул подпоручик.

Мы подошли к открытому автомобилю. Офицер пригласил меня сесть на заднее сидение, открыв дверь.