Леди - вампир

Если это действительно так… то я не завидую тому завистнику. Скорее всего он увидел в Асиле сильного соперника и решил устранить. Вопросы уже только к самому завистнику. Если монстры появились только недавно и зачинщиком была другая страна, то… Как эта подвеска появилась? Ничего не понимаю. Если этот предмет занесен в книгу, печатную, прошу заметить, книгу, значит он известен миру и магам тем более. Если только монстры не появились намного раньше… Или же каким-то образом монстры завязаны на этом предмете. Тут много идей, но факт остается фактом – завистник связан с другой страной, а значит он шпион.

– Теперь… если ты так говоришь, значит я зря распустила кулаки. Я ударила старого человека… – всхлипнула она и скукожилась.

– Верно. Но и твоей вины тоже во всем этом нет. Иди, попроси у него прощение. Он должен понять. И залечи раны. Я не знаю где у вас лежат бинты и другие вещества для обработки ран.

Спустя полчаса мы наконец смогли сесть за стол и поговорить о важных вещах.

– Асил, откуда это у тебя?

– Это подарок.

Мне Касим подарил. – хмуро ответил он. Мои сомнения подтвердились.

– Касим, да… Я же говорила, что он мутный тип. Не общайся с ним. Видишь, он нас всех чуть не сгубил. Арн, Карим, Манс и другие воины погибли. Я единственный маг, что выжил. Но смогу ли я выжить и защитить всех остальных неизвестно.

– Я был не прав, и я понял свою ошибку. Помоги избавиться от этого. – указал он на подвеску, что я положила на стол. От злосчастного предмета с черным камнем исходила странная опасная аура, от которой бегали мурашки по спине.

Как дед вообще не смог понять, что этот предмет опасен, как только его принял?!

Женщина подхватив предмет, источающий темную силу, вышла из повозки, подошла к догорающему костру и выбросила туда кулон. В это мгновение по лагерю разнесся звонкий визг и треск забитого стекла. Из резко вспыхнувшего пламени повалил чёрный дым. Не дожидаясь, когда все прекратится, София поволокла ноги к своей повозке и забравшись в неё больше оттуда не выходила. Я потопала следом, ночевать где-то нужно было, и услышала плач.

Я уже собралась уходить, давая магэссе выплакаться, как дверь повозки открылась.

– Марин, зайди, пожалуйста. – прозвучало из темного пространства.

Осторожно зашла в повозку. На кроватях валялись раскрытые книги и убрать их я не торопилась. Медленно опустившись на край тумбы и взглянула на зареванное лицо женщины, начав слушать её рассказ:

– Арн... был моим сыном. – начала она, и у меня проснулась жалость.