Минский. Бойня у телепорта

— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы спасти людей на плотах, — сказал Жора.

Я кивнул ему, подкручивая свой левый ус.

Огляделся: мои спутники стояли рядом.

Иван с серьёзным видом вытащил два револьвера, проверяя заряд. Семён погладил рукоять топора, бормоча что-то себе под нос. Виктор стоял, задумчиво глядя в пустоту.

Глава 7

Половина четвёртого дня. Река Чусовая. В двадцати семи километрах от города Чусового.

С середины русла видимость была метров пятнадцать. Ближе к берегу туман густел, словно ты зашёл в парную, где на раскалённые камни вылили ведро воды.

Разглядеть что-то на расстоянии более полуметра было нереально.

Анатолий держал курс напрямик к тому берегу, где ещё каких-то пару минут назад мы видели его старшего брата. Наш водник спешил, поэтому, когда плот ударился о галечный берег, мы еле удержались на ногах.

Огневик Виктор нагрел воздух вокруг себя. Туман рядом с ним стал прозрачнее.

Анатолий, напротив, экономил энергию. Он был напряжён, словно пружина, готовая разжаться в любой момент.

Как только мы оказались у берега, Анатолий кинулся вперёд навстречу неминуемой схватке.

— Не спеши! Держимся вместе, — я попробовал его удержать.

Но он не слышал. Словно одержимый, он бросился в бой.

За ним помчался подпоручик Борзых. Вот она, настоящая мужская дружба в деле. Желание помочь другу затмило разум Виктору. Не думая ни секунды, он точно так же готов был вступить в неравную схватку, надеясь, что от этого у друга хоть немного возрастут шансы на успех.

Иван и Семён подошли ко мне вплотную, встали по обе стороны. Молча переглянувшись, мы ступили на каменистый берег.

То ли это было место? Непонятно. Так как на этой стороне реки почти везде были выступающие из леса небольшие полоски суши, покрытые галькой.

Я сделал пару шагов от кромки воды и огляделся. Здесь туман был уже не такой концентрированный, как у самого берега, но видел я только свои ноги и землю метра на два вперёд.

Воздух был влажный, но хорошо угадывался аромат елового леса и гари.

Я улыбнулся, поняв, что берег Гаврилов точно не перепутал. Под ногами шуршала галька, и больше до нас не доносилось ни единого звука. Отойдя от реки на несколько метров, я уже не слышал слабого шелеста воды о камни.

«Антон, ты слышишь что-нибудь?» — спросил я у реципиента.

«Тихие голоса чуть левее, метрах в тридцати. Пойдёшь туда?».

«Нет, сначала обойду берег, Филипп был где-то здесь. А ты слушай и, если что, предупреждай».