Порождение Истерии

А тот и не стал отказывать, припомнив и о первом случае продажи Луки.

Когда рассказ подошёл к концу, в беседу вклинился Всеволод, которому ой как хотелось узнать, каким-таким образом план Касьяна сработал, если, конечно, столь удачное возвращение Исидора хоть как-то связано с этим. Разумеется, он рассчитывал на первый вариант.

Даже Исидору было интересно, в частности, то, как голову Касьяна вообще посетила подобная идея. Поэтому парень не стал им отказывать, продолжив свой рассказ.

И так, за непринуждённой беседой они провели весь остаток вечера.

Распрощавшись с Исидором, Касьян пообещал, прежде чем закрыл за ним дверь:

– Я зайду за тобой завтра с утра.

Обернувшись, Исидор ответил ему с упрёком:

– Ты сперва хоть четвёртой стадии достигни. Давай не отлынивай.

– Да-да, спокойной ночи, – отсмеиваясь, ответил Касьян, захлопнув за мужчиной дверь.

Однако и дома ему не дали покоя. Стоило Исидору уйти, как его начинания продолжил Всеволод:

«Я тщательно прослежу за тем, как ты будешь совершенствовать душу».

Договорив, мальчик сел на кровать, наблюдая за Касьяном. Хоть глаза Всеволода и были закрыты, парень отчётливо чувствовал его взгляд на себе, поэтому больше ничего не оставалось, кроме как приступить к развитию души.

Сев за стол, Касьян достал из пространственного браслета книгу, которой вчера расплатился Вильям, попытавшись начать читать. Вот только Всеволод явно рассчитывал на другое. Быстро спрыгнул с кровати, он выхватил талмуд из рук брата, больно ущипнув того за плечо.

– Ауч.

Потирая больное место, Касьян начал выражать своё недовольство в форме бормотания под нос, однако всё же вытащил из кармана парочку духовных кристаллов, взяв в каждую руку по одному.

В левой у него оказался золотой камень, поглощение которого не требовало особой концентрации.

В правой же он держал розовый кристалл, полученный после убийства одной из нимф, на который у него были особые планы. Конечно, Касьяну не выдалось узреть магию нимф, ибо те поддались чарам Луки раньше, чем смогли хоть что-то наколдовать.

Однако парень мог предположить, что это окажется чем-то полезным.

Всё же он был неплохо знаком с Олицетворениями, поэтому имел право делать подобные выводы на основании накопленных знаний. И главное, что чаще всего эти существа были тем, чем казались.

Встречались исключения вроде Всезнайки, да и Касьян знал примеры куда страшнее. Однако наличие исключений лишь доказывало существование правил.

И определённо, похотливые нимфы не относились к их числу.