Порождение Истерии

Интересно, а уход Исидора из города тоже его рук дело? Как занимательно…»

Подняв голову, Всеволод осмотрел марионетку, словно проверяя что-то. Девушка оставалась неподвижной, глядя на мальчика ничего не выражающими глазами, анализируя каждое его действие и проверяя, стоит ли начинать действовать в соответствии с заранее заготовленными шаблонами поведения. И Всеволод это понимал, так как не видел телекинетических струн, с помощью которых обычно и управляли марионетками.

«Кажется, что ей также помогает создатель ловушки, телепортируя марионетку в пределах данного пространства.

Поэтому она так быстро появляется передо мной. Отличная командная работа. Действуй они по отдельности, мне бы не составило труда справиться с любым из них. А ведь пространственный маг всего на пятой стадии, когда как марионетка действует автономно. Да кто ты такой, Барт Вранов?»

Марионетка, как менталисту, была для Всеволода самым неприятным противником, лишая половину способностей мальчика всякого смысла. Да даже его оружие оказалось неэффективно.

И Барт Вранов, если это вообще его рук дела, явно знал слишком много секретов братьев. Оставался только один вопрос: откуда?

На который Всеволод не знал ответа, что его совершенно не волновало, так как подобная информация не помогала найти выход из нынешнего тупикового положения. Мальчик, приняв к сведению все известные факты, начал думать лишь о том, как ему создать ситуацию, когда марионетка не будет сдерживать его ближним боем, а пространственный маг допустит ошибку, тем самым дав ему окно для уничтожения барьера.

Вытащив спицы из белоснежных волос, которые сразу же распустились, ниспав ему до лопаток, Всеволод встал в оборонительную стойку. Мальчик так и не придумал решение сложившейся ситуации, однако и бездействовать он не мог. Не зная, что сейчас происходит с Касьяном, ему было необходимо работать на пределе, чего на самом деле давно не было.

Перехватив спицы, словно кинжалы, Всеволод пропустил через них свою духовную ауру, которая вышла из затупленных концов, формируя длинные серебряные иглы с острым гарпуном.

Данный процесс был мигом завершён, после чего мальчик сорвался с места, перейдя в нападение.

Завязался ближний бой, который быстро пришёл к новой тупиковой ситуации. Хоть у Всеволода и было крепкое тело, однако это лишь позволяло без особого вреда принимать на себя удары. Однако мальчик не являлся бойцом по натуре, до сих пор сражаясь только в случае крайней необходимости.