Кодекс Охотника. Книга XXVII

— В то, что ты справишься физически, — покачала головой Ольга, — я не сомневаюсь. Но вот дальше вопрос разума. Точнее, его устойчивости. Даже я не справилась, — она на секунду сбилась, — без помощи Галактионова.

— Вот, — ткнула в неё пальцем Хельга. — В этом и весь прикол. Если что-то пойдёт не так, всегда можно рассчитывать на Галактионова.

Внезапно Ольгу осенило.

— Подожди. Так ты специально рассчитываешь, чтобы пошло что-то не так?

На что принцесса покачала головой:

— Пойдём уже, война-план покажет…

***

Я спал, и мне снился странный сон.

Мне, вообще, снились сны очень редко. Обычные, бессвязные сны мешали нормальному отдыху. И, давным-давно, ещё будучи учеником в Ордене, Старейшины показали пару техник, как избегать появления снов. Разум ночью должен отдыхать.

Тогда, будучи учениками, с такими преподавателями, как старина Мак, вдоволь не отоспишься, так что приходилось использовать время для отдыха по максимуму.

В общем, далее я набирал силы, рос, воевал против всяческих сущностей, некоторые из которых обладали очень интересными Дарами.

Сначала я думал, что это третий вариант, логично предположив, что Морфей настолько охренел и потерял страх, что решил лично явиться ко мне в голову. Но потом я понял, что это не Морфий, а другая высшая сущность осторожно приглядывается ко мне, опасаясь заводить разговор первой.

— Да ладно, выходи уже!

Усилием воли я поменял окружающее пространство на солнечную зелёную полянку посреди леса. Уселся в позу лотоса на траву и сорвал травинку, закинув её в рот.

— А кто-то говорил, что Охотник Сандр уже не тот, — раздался весёлый голос с опушки леса. И от дерева отсоединилась изящная женская фигурка, которая странным образом переливалась, как будто созданная из эфира, то набирая чёткость, то снова исходя волнами. — А его всё также невозможно застать врасплох, — продолжила она.

— Только идиот или слабоумный попытается застать меня врасплох в моей собственной душе, — пожал я плечами. — Давай, говори, зачем пришла?

— Ты на меня не злишься?

Девушка подошла и уселась передо мной на траве. Её тело всколыхнулось, и на секунду превратилось в полностью обнажённое человеческое тело. Если существовал в мире идеал красоты, то вот он сейчас сидел прямо передо мной.

— Ой, только не начинай, — скривился я.