Легенда о свободе 2. Буря над городом

С высоты балкона Кодонака вино в поднятых кубках кажется яркими пятнами крови. Ректор пьет до дна, пьют и его Мастера.

В зале воцаряется тишина. Все смотрят на Исму, а тот также смотрит на приглашенных, ожидая чего-то. И вдруг то тут, то там Мастер за Мастером, задыхаясь, падают на пол, сбивая в конвульсиях посуду и угощения со стола.

Хатин меняет свою расслабленную позу, подавшись вперед, оперев локти в колени и принявшись неосознанно стучать пальцем по носу. Стойс и Лаш бледны, словно полотно.

В зале слышится звон бьющейся посуды, грохот перевернутых стульев, глухой стук падающих тел, хрипы и стоны, затем все стихает.

Внизу остается стоять только Киель Исма. Бойцы Золотого Корпуса распластались неподвижно на полу или полулежа на столе – кто как падал. Весь пол у накрытых столов устлан телами… Пир смерти, словно ее серп прошелся по наполненному людьми залу, пожиная обильный урожай.

Из боковой двери выходят две фигуры: Кодонаку сверху хорошо видны семь черных кос Эбана и замысловатая прическа, в которую уложены чрезмерно густые и длинные волосы Майстана.

Телохранители Мастера Полей отстают от него лишь на несколько шагов. Разрушитель обходится без охраны.

– Все кончено? – спрашивает Майстан, в голосе волнение и радость, что все получилось так легко.

Но Исма хмурится.

– Я все еще вижу их Дар, – говорит он сдавленно, – они живы!

– Яд не подействовал? – спрашивает Эбан.

– Видимо, подействовал как-то не так… Мы ведь не пробовали его на Одаренных… Может, они спят? – то ли отвечает, то ли спрашивает Ректор.

– Или умирают… – говорит Майстан.

– В любом случае стоит подстраховаться! – Эбан поднимает руку и дает сигнал арбалетчикам, те встают: наводят прицел и с характерным щелчком стреляют.

И хотя Кодонак знает, что будет, он задерживает дыхание.

Болты, даже те, которые направлялись прямо в сердца Мастеров, отклоняются, не долетев несколько дюймов до цели, и впиваются в пол, дерево стола или блюда на нем.

Арбалетчики перезаряжают и дают еще один залп, затем еще один – тот же результат. Угощения на столах сплошь утыканы арбалетными болтами – кажется, что Исма подал к ужину дикобразов и ежей.

Никто из Мастеров даже не вздрогнул, не пошевелился и не сменил позу. Кодонак едва удержался, чтобы не зааплодировать. Если по каким-то причинам Тарии не нужны будут больше бойцы, он откроет театр – таким талантам пропадать нельзя.