Легенда о свободе 2. Буря над городом

Какая нежная, белая у нее кожа, ни одного изъяна… Динорада знает, что красива. Тонкая талия, высокая грудь, округлые бедра… Черные локоны переплетены в тугом сложном узоре, и ни один волосок не выбился из прически. У нее влажные чувственные губы, маленький носик, красиво очерченные брови. Но черные большие глаза – холодные, словно лед…

Она встает из постели Годже Каха поспешно и по-деловому, будто из-за рабочего стола. Неужели она с ним только потому, что он Советник? Особенно теперь, когда все они равно могущественны.

Годже встал раньше, он уже накинул шелковый халат, удобно расположился в кресле напротив кровати и потягивает фа-ноллское красное из урожая, что созревал на солнечных склонах еще десять лет назад, выдержанное изысканное вино мастеров из Ноллилайса. Десять лет. Как символично… В тот год много событий произошло, которые изменили и его жизнь, и весь мир, и вот теперь он наслаждается их плодами, словно глотками старого вина.

Он видел ее недовольство, и он знает его причины. Динорада всем сердцем желает попасть в Совет Семи, уже давно. Только зачем ей это теперь? Или просто она решила идти до конца? Добиться поставленной когда-то цели во что бы то ни стало? Похоже на нее.

Годже раздраженно откинул за спину путающийся под руками кончик своей длинной косы, теперь у него на шее тройное ожерелье из собственных волос. В отличие от безупречной прически Динорады, локоны выбились на висках, на лбу и по всей длине косы, они жутко нервируют его.

– Ты ничем не обрадуешь меня, Ках? – спрашивает Динорада, одеваясь.

– Почему ты никогда не зовешь меня по имени? – Он допивает последний глоток вина.

– Годже, – говорит она, пристально глядя на него. Она хочет получить ответ, и получит.

– Слишком рисковать сейчас нельзя, необходимо еще немного времени, пока не войдем в полную силу.

– Для Эбана вы не стали ждать!

Что ей ответить? Эбан был очень нужен… Ему можно сейчас диктовать условия. Хотя он тот еще глупец.