Ученик мракоборца. Книга 1. Испытательный срок

Страд понимал, что перед ним сумасшедший и сейчас лучше всего развернуться и уйти. Однако взгляд человека в грязном плаще словно сковал его. И, вопреки собственной воле, Страд ответил:

– Думаю, это призыв. Чтобы люди не прятались, когда образуется Червоточина…

– Верно. Верно! – незнакомец оживился. Он приблизился еще на шаг и облизнул губы – быстро, точно змея стрельнула языком.

– Но… зачем? – снова заговорил Страд. – Если остаться снаружи, если не спрятаться… Для многих это обернется гибелью. Разве вы не понимаете?.

.

– Это вы не понимаете! Вы! Все! – яростно выпалил сумасшедший.

Страд напрягся и сжал кулаки. Если этот сейчас кинется, придется дать отпор. Но удастся ли? Сердце застучало. Левую половину грудной клетки изнутри словно обдало холодом.

– Никто не понимает! – незнакомец посмотрел влево и вправо, ссутулился и прижал кулаки к груди. – Только коров, овец, коз и прочих вонючих тварей прячут в загонах, чтобы уберечь от волков! Человек не должен уподобляться этим мычащим, блеющим, вечно жующим и гадящим где ни попадя! Из-за собственной трусости мы нарекли Червоточину проклятьем… Но это не проклятье! Это дар! Дар, могущий освободить нас от наших отвратительных, полных нужд оболочек!

Глаза незнакомца сверкали.

Ссутуленная фигура тряслась.

– Что здесь происходит?

Услышав за спиной громкий бас, Страд вздрогнул. Обернувшись, он увидел стражника. Высоченного, хмурого, заросшего бородой.

– Здесь есть и ваша вина! – человек в плаще, казалось, совершенно не растерялся, увидев представителя закона.

Наоборот – впал в еще больший азарт.

«Точно ненормальный», – подумал Страд, чувствуя однако, что напряжение начинает ослабевать. Все-таки рядом стражник…

А человек в плаще, указывая на сурового бородача, продолжал:

– Вы и вам подобные сопротивляетесь! Вы убиваете их! Этих созданий, что несут освобождение! Но они все равно победят! Они будут приходить снова и снова! – на последнем слове он сорвался на визг.

– Прикуси язык, – прорычал стражник, делая шаг навстречу сумасшедшему.

– И проваливай, если не хочешь провести ближайшие дни в камере. Та-ак… – он заметил лист, приклеенный к коробу убежища. – Это что еще такое?

– Это истина, – тихо проговорил сумасшедший, присмирев под грозным напором стражника.

– Истина? – сурово переспросил тот. – Это ересь!

Стражник протянул руку к исписанному листу, сорвал его и смял. Лицо сумасшедшего исказилось от злости, но возражать он не осмеливался.

– Уходи, – бросил стражник.