Венера на половинке раковины. Другой дневник Филеаса Фогга

Только оно не меняло форму.

Во всяком случае, так он подумал в самом начале. Увы, в считанные секунды оно выросло в размерах, а его пульсация участилась. Саймону оставалось лишь надеяться, что пес не околеет от сердечного приступа.

Внезапно они оказались среди звезд. Саймон чуть не завопил от радости. Они прорвались! Им не придется вечно скитаться, подобно Летучему Голландцу, по черным бесформенным морям буджума.

Саймон поспешно разжал пальцы. Нет, он сжимал вовсе не сердце Анубиса. Это был его пенис.

Извинившись перед псом, Саймон попросил компьютер проверить близлежащие звезды.

Тот ответил, что судно находится в неизведанной части Вселенной. Саймону было все равно. Бездомный скиталец не может заблудиться, и для него все галактики хороши.

Саймон велел компьютеру вывести корабль в ближайшую галактику и поискать обитаемую планету. Отдав распоряжение, он пошел в капитанскую каюту и, чтобы успокоить нервы, налил себе щедрую порцию рисового вина. Беда с китайским спиртным заключалась в том, что им было трудно напиться.

Через несколько минут после того, как он пропустил первый стакан, Саймон решил, что ему срочно нужен еще один. Неудивительно, что древние китайские поэты писали свои вирши, не просыхая.

Запершись в каюте, Саймон смог расслабиться, немного поиграв на банджо. Корабль шел со скоростью всего в 20Х, поэтому доносившийся из машинных отделений гул звучал довольно приглушенно и не действовал на нервы. Но Саймон все равно был вынужден играть за закрытыми дверьми, потому что при звуках банджо Анубис начинал выть, а у совы они вызывали дизентерию.

Их реакция уязвляла чувства Саймона, но вышло из этого и кое-что хорошее. По аналогии он задним числом выяснил, почему его концерты всегда удостаивались плохих отзывов. Если животным было муторно от его игры, значит, в каждом музыкальном критике, скорее всего, тоже сидел зверь.

Прошла неделя по корабельному времени. Саймон изучал философию и китайский язык, готовил еду для себя и своих спутников и убирал за псом и совой.

Затем, однажды, в разгар завтрака, взвыла сирена. Саймон бросился в командный пункт и посмотрел на экран панели управления. В переводе с китайского слова на нем сообщали: «Приближается солнечная система с обитаемой планетой».

Саймон приказал кораблю выйти на орбиту вокруг четвертой планеты. Когда компьютер «Хуанхэ» выполнил приказ, Саймон посмотрел в телескоп, который позволял разглядеть на поверхности планеты предметы размером с мышь.