Вернуть Боярство 14

А сам он, в свою очередь, нападал умело и достаточно разнообразно, неплохо комбинируя заклинания и артефакты — вон как момент и место для удара Золотым Пальцем рассчитал. Трехступенчатая атака — цепи должны были если не сковать и замедлить, так хотя бы вынудить двигаться в нужную ему сторону, палец — если не прикончить или тяжело ранить, так пришпилить на некоторое время к земле, и магия Пространства — поставить окончательную точку.

Я всё это время хотел взять их живыми, а потому бился далеко не в полную силу.

И не использовал самых разрушительных своих чар… Да вообще разрушительных чар — только разного рода удерживающие. Даже Ледяная Темница не смертельна — та часть этих чар, что относилась к магии Жизни, была призвана поддерживать жизнь в пленниках, погрузив их в искусственную кому. Ну да ладно — не вышло как планировалось, по хорошему, будем по плохому.

Враги потратили те секунды, что потребовались мне на полное освобождение, с толком.

Переливающийся разными оттенками фиолетового полупрозрачный купол закрывал сгрудившуюся вокруг своего предводителя четверку — и от этих чар отчетливо ощущалось то море маны, что в циньские маги не поскупились и вбухали в своё творение. Ну как в своё — то была работа третьего артефакта их Архимага, но вот дополнительных сил ему придали явно сами люди. Решили пойти ва-банк и приготовили защиту, способную гарантированно выиграть им достаточно времени, что бы поставить точку в этой схватке…

И уже заканчивали атакующее заклинание.

От которого отчетливо веяло силой, сталкиваться с которой я всегда желал в последнюю очередь. Право слово, что угодно другое — Инферно, Боги хоть Темные, хоть Светлые, хоть синенькие в горошек, если такие есть — но только не, мать его за ногу, гребанный Хаос. Сила, с которой никогда не бывает просто и у которой всегда найдется за пазухой сюрприз, способный выбить тебя из колеи…

Вот сейчас я отнесся к происходящему предельно серьёзно.

Копье Простолюдина, направленное прямо в небо, взрычало голодным, раненным зверем в моих руках, радужка глаз вспыхнула ярким, яростным ультрамарином, как и всегда в минуты магического напряжения — я проводил через своё верное оружие огромное количество энергии, и от того, с какой скоростью через него перекачивалось это море маны моему верному компаньону и надежному товарищу было больно.