Изгой

В дискуссии не принимала участия только Княгиня. Ну и сам Меньшиков ждал, пока все выговорятся. Секретарь усердно фиксировал каждое слово. Я же впитывал и сортировал информацию.

А той было с гулькин клюв. Так что я больше делал заметки на будущее — на чём заострить внимание в первую очередь. Например, неплохо бы подробнее уточнить о своём теперешнем роде: чем владеют, кто в подчинении, сферы влияния. Да с простого начать — сколько у меня ближних и дальних родственников. В этом мире о таком надо знать. Ну и общую диспозицию по дворянским родам, раз уж здесь рулят аристократы.

Плюс этикет подучить, если планирую вписаться в высшее общество. Не хочется прослыть дурачком — у Мишеньки и без того репутация подмоченная.

— И всё же я настаиваю на крайних мерах, — вернул меня к реальности голос Несвицкого. — Не мы придумали Кодекс, не нам его и оспаривать. Смолокуровых необходимо понизить в статусе, как утративших основополагающий признак Великого рода.

— А я считаю, что с учётом показаний лейб-медика Зоммера, у нас нет на то достаточных оснований, — не согласился с ним Жировой-Засекин.

— Да и Государь нам не скажет спасибо за ослабление империи и короны. Я уже не говорю, что Александр Григорьевич — Хранитель Малых Регалий.

— Фиктивный Великий Род — позор для империи! — ляпнул, не подумавши, Несвицкий. — И недостоин хранить атрибуты монаршей власти!

— Вы перешли все допустимые границы, князь! — раздался у меня за спиной гневный голос отца.

— Я бы на вашем месте вызвал его на дуэль, — подлил масла в огонь Баратынский.

— Никаких дуэлей в моём присутствии! — рявкнул Меньшиков и шарахнул кулаком по столу. — Извинитесь, князь!

Воздух в зале зазвенел от напряжения и магических отголосков. Я активировал второй дар Визора… да что там, уже и без всяких даров было видно, как над головою отца сгущалась грозовая туча, а в руке наливался чернотой смолистый сгусток. За спиной Меньшикова проступил оранжевый контур элементаля огня, и я готов был поклясться, что узнал черты Петра Первого.

Остальные ограничились тем, что выставили щиты. Фиолетовый, красный и синенький.

— За правду не извиняются! — в запале огрызнулся Несвицкий и вскочил с кресла, сплетая пальцами грязно-жёлтую сеть.

— Хотите со мной поспорить? — в голосе Светлейшего Князя проскрежетала оружейная сталь, а элементаль запылал ярче и вырос в размерах.

— Я сказал только то, что сказал, не стоит искать в моих словах скрытых смыслов, — пошёл на попятную Несвицкий, нехотя распуская сеть.