Зона затопления

- А это, - я небрежно кивнул себе за спину, где притаился еще один «пополненец». - Антон, бывший брат. Он не соратник, а «язык». Хотя зная доброту Виктора Ивановича, вряд ли это надолго.

Еще одна пауза сопровождалась выталкиванием на центр комнаты номинального пленника.

- Прочие же подробности могут подождать, - я перешел на нормальный тон, чтобы подчеркнуть свою абсолютную серьезность. - Потому что сначала бы хотелось услышать о жопе, которая у вас тут наметилась.

Воцарилась тишина. Которую спустя несколько секунд ухнувшим фугасом разорвал бас Бабахыча.

- Жопа - это мягко, так ее через эдак, сказано. Но вы бы хоть сели сперва, чего стоя такие вещи обсуждать.

Бабахыч - он же Борис Борисович Барабанов - больше всего напоминал сказочного гнома. При моих 180 см он едва доставал головой мне до подбородка. Но был раза в два шире. Подходящей являлась и профессия - военный инженер. Правда, бывший, подполковник в отставке. Еще Бабахыч безмерно уважал Полковника. Как старшего по званию и к тому же доктора наук.

Однако больше всего на свете он уважал минно-взрывные устройства боевого назначения. За что, собственно, и получил свое прозвище.

Внушительная внешность председателя и иерихонская труба вместо голоса не предполагали возражений. Тем более что правда его слов была очевидной. Поэтому мы расселись. Даже бывший брат, которого Полковник усадил рядом с собой. И только Синица продолжила возиться с плитой - женщина, что с нее взять. А затем тихий голос Виктора Ивановича без особого накала эмоций поведал крайне неприятную историю.

Жопа начала намечаться ровно вчера утром, когда у ворот колхоза остановился красивый серебристый внедорожник иностранного производства. Из него в сопровождении то ли помощника, то ли телохранителя вышел представительный господин, в самое сердце поразивший охрану на воротах безукоризненным внешним видом начищенных штиблет, распахнутого черного пальто и строгого делового костюма с белой сорочкой и галстуком.

Господин по-хозяйски окинул взором передовой рубеж колхозной обороны и распорядился проводить его к «господину Ордынцеву».

Охрана впала в ступор, так как понятия не имела, кто такой есть этот «господин Ордынцев». Из ступора охранников вывело упоминание прозвища Полковник. Перечить «представительному» они не посмели и проводили того до самого правления. Причем гость предпочел проделать весь путь до конторы пешком, в сопровождении одного лишь помощника.