Зона затопления

Но мы там засиживаться не собирались. Компания была не та.

Если бы Георгий Гелашвили представлялся каким-нибудь Волконским или Трубецким, то никому бы и в голову не пришло усомниться в его принадлежности к потомственной аристократии. Тонкие черты лица, холеные руки, безупречные манеры и язык. Грузинского в нем было примерно столько же, сколько клыков и когтей в танке «Тигр».

Однако его взгляд мне не понравился - жила в нем какая-то шиза. Злая и опасная. Впрочем, если верить Полковнику, то злая и опасная шиза жила у духовного учителя Церкви галактического разума не только во взгляде.

А не верить ему причины не было - он этого типа знал давно и неплохо. Поэтому я держался настороже. На всякий случай.

А вот верховный брат был сама радость. Просто светился ею. Как будто встретил друзей детства. И тем разительнее на его фоне контрастировала сидевшая рядом девушка. Молодая и симпатичная. Но вся какая-то равнодушно заторможенная. Я ее сразу узнал - видел на фото у Скворца в медальоне. Здесь и сейчас она не показалась мне очень уж счастливой от перспективы скорой встречи с любимым родственником.

Ей, по-моему, все было по барабану.

Я порадовался, что мы не взяли с собой Скворца. Хотя он, разумеется, рвался. Причем очень. Аж до скандала и обиды. Но мы решили, что на назначенной встрече нужен будет холодный ум, а не горячее сердце. И сейчас я еще сильнее в этом уверился.

- Эх, Виктор, Виктор, что с нами делает эта сволочная жизнь, - Георгий изобразил подобающую словам скорбь на породистой физиономии.

- Вместо того, чтобы почаще встречаться за накрытым столом, занимаемся склоками, разборками...

Он сделал паузу. Наверное, чтобы все оценили мудрость фразы.

- А ведь нам, одаренным, надо держаться друг друга. Иначе сомнут и затопчут. Человеческому быдлу, знаете ли, свойственны зависть и ненависть к тем, кто лучше и выше их!

Главбрат неожиданно разошелся, и смутная шиза его взгляда вдруг вспыхнула настоящим маниакальным огнем. У этого типа реально протекала крыша. И учитывая его возможности, это тревожило.

Мягко говоря.

- Я абсолютно уверен, что в ближайшем будущем нас ждет война за существование! И это будет не та война, которой нас беспрестанно пугают. Это будет совершенно новая, межвидовая война. Самая беспощадная из всех возможных войн. На полное уничтожение. Между старыми и новыми людьми, - в процессе своего страстного монолога Георгий совсем не по-аристократически размахивал зажатой в правой руке вилкой с наколотым на нее маринованным грибом.