Кодекс Крови. Книга ХII

Если при спуске на песок бывшая богиня активировала вокруг себя неслабый такой радужный щит, то сейчас пожиратели его начисто выпили и продолжали обгладывать энергетическую систему аспиды.

Та тоже почувствовала неладное.

«Миша, Мишенька! Спаси! Они не слушаются! Почему они не слушаются?! Пей сколько угодно, только вытяни нас отсюда, — панические просьбы о помощи звучали всю последнюю минуту, но я не отвлекался от трапезы. Нужно было успеть восстановиться до того, как Тайпану выпьют полностью. — Мы же союзники! Ты же клялся защищать меня!»

Как только резерв восполнился, я без раздумий совершил оборот и, подхватив Тайпану, принялся набирать высоту.

Часть тварей взревела, рассерженная утратой добычи. Хвала Матери Великой Крови, летать они не умели. Мне же предстояло зависнуть в воздухе, пока аномалия не сместится и не уйдёт по одному ей ведомому маршруту.

То, что Тайпану подъели, означало лишь одно. Вскоре аномалия расширится в размерах. Уж не знаю, по какому принципу она развивалась, но мы во время экспедиций заметили лишь три закономерности.

Первая — стоило единожды применить против созданий аномалии какую-либо магию, и у них вырабатывался иммунитет к ней. Вторая — после пожирания особо сильных магов аномалия увеличивала площадь покрытия. Третья — выжить жертвам можно было, лишь покинув зону аномалии. И на это в зависимости от размера и энергетического резерва отводилось от одной до трёх минут.

Как я узнал максимум? Проверил на собственной шкуре. Моего резерва в прошлом теле и в прошлой жизни хватило ровно на три минуты активного сопротивления.

И это я ещё успел слинять из эпицентра, обломав всю трапезу местным пожирателям. Экспериментировать с Тайпаной я не стал. Двух минут нам хватило с головой: ей, чтобы резко изменить линию поведения, а мне, чтобы восстановить резерв.

Висеть в одном положении было скучно, поэтому я опытным путём проверял размеры аномалии, то и дело выпуская в песок небольшие серпы из арсенала магии крови. Благо, крови из аспиды лилось с избытком.

Не всё же добру пропадать.

На каждый кровавый серп из песка выстреливали ленты змей-пожирателей. Я почувствовал себя дрессировщиком, подкармливающим животину после очередного трюка.

«Больно! Как же больно! У-а-а-а! Хны-ы-ы! Хых! — рыдала по кровной связи Тайпана. — Я не могу даже подлечиться, всё утекает, словно через решето!»

«Даже не вздумай! На тебе пиявок, как на собаке блох, — пояснил я аспиде. — Приземлимся, я сниму. А так ты их только кормишь зазря».