Восход Проклятой. Второй том.

Да, на остальных листках содержались указания о том, как именно добраться до нужного места и судя по остаткам воска, в письмах было что-то еще, чего в округе мы найти так и не смогли. Отец предпочел не задавать лишних вопросов, но при этом, настоял на том, чтобы услышать хотя бы краткую версию произошедшего. И он услышал ее от Гвин, которая аккуратно избежала упоминания двух мертвых посланников. Разумеется, мы не оставили их тела на съедение волкам, возможно, это и вовсе были невинные люди... Заново заставив пылать погасший костер, я вознесла к небу несколько молитв, оставляя от недавно живых людей лишь горстки пепла, вскоре развеяные по ветру.

Я в свою очередь ограничилась тем, что рассказала о заброшенном лагере, где находились записки с шифром, разумеется давно заброшенном и не имеющим никаких признаков нахождения в нем живых людей. Тиеру этого было достаточно, чтобы всерьез взяться за изучение найденных артефактов. Для Империи делом чести было найти все, что связывало ее с прошлым, смута показала, что в мире, мы должны полагаться только на самих себя, и соответственно, на собственную историю. Если среди находок было хоть что-то, связанное с Вирами, то мы продолжим укреплять союз, начатый после того, как Тиер доложил об потерянном аванпосте ближайшему брату крови. Если же это окажется нечто, связанное с первым Императором, то мы вознесем это нынешнему владыке Империи. Правда... Пока что, до столь самоуверенных и крайне воодушевленных мыслей, было слишком далеко. Отец пригласил нас с Гвин в свой кабинет, стоя напротив, возвышаясь над своим рабочем столом и нервно постукивая пальцами по столешнице, порой бросая быстрые взгляды на лежащие перед ним артефакты. Казалось, что он собирался что-то сказать, но каждый раз, лишь оглядывался, пытаясь что-то сделать, а после, оставляя эти попытки. Все казалось до странного пугающим, хотя не должно было быть таким. Возможно, из-за того, что Тиер создал ощущение некой порочной тайны, которая должна быть спрятана за плотно затянутыми шторами и запертой дверью, все выглядело словно суд или допрос. Людвиг и Аль о наших находках пока еще не знали, возможно, ввиду безопасности... Их, или нашей, не ясно. Как бы то ни было, на совете они не присутствовали, как и Сессиль, которая составляла компанию влюбленным, общаясь в будущей невесткой и женой своего сына. Это весьма красноречиво говорило о том, что отец твердо решил придерживаться стратегии молчания и сохранения тайны, нежели пытаясь решить проблему коллективно.