Восход Проклятой. Второй том.

каждый из вас воскреснет, каждый станет божеством в нашем новом мире! Не бойтесь смерти, мои братья и сестры, вперед! Во имя Фория, во имя нашей правильной веры! Пусть боги захлебнуться в крови слуг, пусть мир сгорит!

Сжав руки в кулаки, я ощутила как голос бьет по моему сознанию, пытаясь овладеть им подчинить себе. Она маг... Не слишком сильный, плохо обученный, но маг, оратор, что разнесла по селам и деревням ересь этого проклятого еретика... Сделав тяжелый вздох и подавив ее волю в своих разрозненных мыслях, я заметила, что пламя стремительно перекидывается на нашу повозку, приближаясь к ее колесам и сжирая деревянный корпус.

Гвин уже стояла во всеоружии, взяв с собой свой простенький, самодельный щит из дерева, обитый сталью, да нацепив на себя несколько уплотненных плащей, на которых сиял акафист девушки. Было некогда тушить экипаж... Сколько бы вещей тут не осталось. Сейчас, нужно помочь отцу, эта мысль почти что заставила меня выпрыгнуть из нашего дома, бросившись вперед, но вовремя опомнившись, я кивнула Гвин на дверь, призывая ее следить за культистами, пока я соберу вещи, необходимые мне для выживания. Маска, дневник, плотные одежды и разумеется, несколько памятных украшений, что не могли быть уничтожены в пламени этого пожара. Все это либо понадобится мне для жизни, либо являлось слишком ценным, чтобы оставлять подобное во власти будущего пламени. Забыть маску или одежды и вовсе означало заточить себя в четырех стенах очень надолго, не имея никакой возможности покинуть комнату. Благо, Гвин прекрасно поняла мои трудности, выйдя вперед и спускаясь по лестнице, ступая по свежей крови, она встала на стражу входа, порой ударяя по тем немногим из еретиков, что осмеливались подступиться. Несмотря на это, подавляющая часть безумных культистов практически не пытались сражаться. Словно крысы, они чуть ли не кругами бегали около стражи, подставляясь под удары, цепляясь за их тела и не давая прохода. Наваливаясь, они давили легионеров Надежды, которые не привыкли убивать беззащитных крестьян, но вынужденные делать это, только бы не погибнуть под тяжестью их дрожащих, сгорбленных тел и тяжестью собственного доспеха. Все лошади оказались убиты, извозчики лежали раненые, в лужах своей крови, иным подарили смерть, рыцари тонули в телах и крови, пытаясь пробиться к отцу, но казалось, будто бы здесь вовсе не несколько сотен крестьян, а бесконечные орды, не заканчивающиеся, сколько бы крови мы не лили.